Книга И в болезни, и в здравии, и на подоконнике, страница 207 – Юлия Стешенко

— Так?

— Да… Так.

Обхватив Стэна за шею, Делла прижалась к его груди так плотно, будто хотела влезть под кожу. Они раскачивались в ритме прибоя, и Деллу смывало, уносило все дальше и дальше, к пылающему закатанному солнцу. На подоконник запрыгнула Мелочь и боднула Деллу головой в бок.

— Да отвали ты! – не глядя отмахнулась Делла, и Стэн, нашарив кошку, попытался спихнуть ее на пол.

— Ай! – взмахнул он рукой. – Она мне сдачи дала! Я же говорил, что твоя кошка меня ненавидит.

Ухватив Мелочь за толстый загривок, Делла решительно направила ее в короткий бесславный полет. Спрыгнув на пол, паршивка обиженно мяукнула, хлестнула воздух хвостом и удалилась, каждым покачиванием меховой жопы выражая презрение.

Стэн, проводив ее взглядом, фыркнул.

— И чем мы, собственно, занимались? Ты не напомнишь?

— Трахались! – рыкнула Делла и резко качнула бедрами, задавая новый темп. Охнув, Стэн подстроился, засаживая глубоко и жестко, каждый толчок отзывался внутри сладкой тягучей дрожью, и Делла вскрикивала, вгоняя короткие ногти ему в плечи.

— Вот так, Стэн, да!

Они кончили одновременно, цепляясь друг за друга, как утопающие в шлюпке, подхваченной девятибалльным штормом. Оглушенная оргазмом, Делла откинулась на раму, и Стэн навалился на нее, прижимаясь щекой к плечу.

— У меня сейчас сердце остановится… Вот черт.

— Что? – сиплым шепотом спросила Делла – нормальный голос ей почему-то пока не давался.

— Мужик из булочной напротив – стоит на пороге и смотрит на нас. Что мне делать?

Изогнувшись, Делла обернулась. Темноволосый коротышка стоял под пестрым навесом, задумчиво выдыхая сигаретный дым, и ухмылялся. Делла помахала ему рукой. Коротышка показал ей два больших пальца, заржал и ушел в булочную, щелком отправив окурок в урну.

— Пиздец, - Стэн спрятал в ладонях пылающее лицо. - Никогда туда за хлебом не пойду.

— С ума сошел? Наоборот, будем ходить только туда! В этом магазине нас ждет бессрочная скидка!

* * *

— Детектив Мартинес, - высокий лысеющий брюнет протянул руку, и Стэн пожал ее. – Петер звонил, предупредил, что ты приедешь. Пошли, выделю тебе рабочее вместо и покажу, что к чему.

Стэн сунул в карман удостоверение и направился вслед за широко шагающим Мартинесом. Заходить в полицейское управление не под конвоем, а в качестве человека, исполняющего профессиональный долг, было странно и довольно приятно. Возникало чувство собственной значимости, избранности, отличающей Стэна от прочих присутствующих – растерянных, озлобленных, испуганных. И это было как-то неправильно.

Власть развращает. Абсолютная власть развращает абсолютно.

— Вот, сюда садись, - Мартинес пинком выкатил стул с подлокотниками и склонился над клавиатурой. – Пароль я свой введу, поэтому не закрывай базу. А если закроешь, звони мне или зайди к лейтенанту – он в курсе, что вы, загадочные ребята из загадочного отдела, пришли в наших данных поковыряться. Вот тут – классификация преступлений, вот тут – пропавшие, тут – преступники в розыске. Тебе что надо?

Стэн уселся на жесткий стул, оттолкнулся пяткой и лихо подкатил к столу.

— Самоубийства.

Версия, рожденная в стенах кабинета артефакторов, была проста, как удар в челюсть: на обоих амулетах присутствуют идентичные сигилы. Один из сигилов побуждает человека вышибить себе мозги ножкой стула. Логично предположить, что второй действует идентично – а значит, эту возможность собирались использовать.