Книга Против течения: вторая жизнь Ирены, страница 45 – Юлия Стешенко

*шляпа с узкими полями, похожа на федору, но более «неформальная».

Если вы не читали мой блог, повторю информацию здесь. Я предлагаю поиграть в игру.

Я задаю вопрос по тексту книги, вы придумываете ответ.

За правильный ответ (или максимально приближенный к правильному) победитель получит промик на любую мою книгу. В том числе и на эту.

Если победителей будет несколько, я пронумерую ответы в хронологическом порядке и прогоню через рандомайзер.

Если правильного ответа не будет, приз получит самый остроумный или оригинальный ответ.

Можно предложить несколько версий — и серьезных, и шуточных. Игра творческая, никаких рамок нет.

*играет музыка из «Что? Где? Когда?», скачет по кругу лошадка*.

Внимание, вопрос!

Как Ирена добудет первого клиента? Жду ваши идеи!

Напоминаю: завтра выкладки не будет. Глава с ответом выйдет послезавтра.

Институт выглядел ровно таким, каким Ирена его запомнила: серый камень стен, белоснежная краска, ровная зелень лужаек. Только три цвета: пепел, белизна, изумруд. И яркое голубое небо, раскинувшееся над аккуратными коробочками зданий. Ирена прошла по дорожке, поднялась на крыльцо и открыла дверь. За ней вдаль уходил ровный, как инженерная линейка, коридор: верхняя половина стен в нем была выкрашена белым, а нижняя — естественно, зеленым. Серые доски под ногами поскрипывали, в тишине звук казался оглушительно-громким. Стук каблуков. Скрип досок. Белый. Серый. Зеленый. Запах пыли и мела, косые прямоугольники света, расчертившие пол, невнятные голоса где-то вдалеке. Ирене вдруг показалось, что она спит. Спит — и видит этот коридор во сне. Сейчас задребезжит будильник, заругается разбуженный Богусь. Трехцветный сон разобьется, рассыплется на осколки, и из него вылупится новый день. Такой же мерзкий, как и все прежние.

Без колебаний Ирена задрала рукав и ущипнула себя — сильно, с подвывертом.

— Ай!

Звук прокатился по коридору, мячиком рикошетя от стен. Нормальный, живой звук. По нормальному, живому коридору. Вот стена, холодная и шершавая, побелка пачкает пальцы в белый. Вот пол, истоптанный сотнями тысяч шагов — середина протерта до дерева, сквозь краску проступает тусклое золото дерева. А по бокам, у плинтусов — густой пепельный цвет.

— Кто тут? — из дальнего кабинета высунулась учительница. Ирена не узнала ее — то ли забыла за годы, то ли это была новенькая, нанятая к следующему учебному году. Но в том, что это была именно учительница, Ирена не сомневалась: строгое черное платье с широким белым воротником сразу указывало статус обладательницы.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась Ирена. — Я пришла получить диплом.

— Но все дипломы давно раздали, — женщина все-таки вышла в коридор, разглядывая Ирену с настороженным любопытством. — Церемонию провели неделю назад.

— Я знаю. Но я не смогла прийти.

Рефлекторно Ирена начала подыскивать оправдания: она болела, она ездила к больной маме, она ухаживала за больным мужем, тьфу, женихом. А потом вдруг подумала: а какого дьявола? Почему она должна врать? Чтобы эта совершенно посторонняя женщина не подумала дурного? Да пусть думает. Ей, Ирене, какая разница? Диплом же в любом случае отдадут. Не могут не отдать.

— Да? Ну что ж. Тогда пойдемте к секретарю. Я вас провожу.

Дурного женщина не подумала. Она, кажется, вообще ничего не подумала — причины, по которым Ирена пропустила торжественную церемонию выпуска, волновали ее не больше вчерашнего прогноза погоды.