Книга Против течения: вторая жизнь Ирены, страница 99 – Юлия Стешенко

— Готово, — Ирена встряхнула руками, разминая ноющие кисти. — Я, конечно, не энергет, но недели на две мой силы хватит. Когда опять начнет пропускать холод наружу, скажите — я восстановлю заряд.

— Спасибо.

Счастливым Сокольский не выглядел. Смущенным — да, раздосадованным — да. Но не счастливым.

— Я же не отказываюсь от вашей профессиональной помощи, — Ирена, зачерпнув сахар, опустила его в чашку. Белые крупинки беззвучно скользнули в бархатную темноту.

— Я мужчина.

— А я — женщина. Но вы же мне советы не как мужчина даете, а как юрист.

— Финансист.

— Что?

— Я не юрист. Я финансист. Дипломированный.

— Вот-вот, — Ирена взяла из коробочки печенье. — Вы дипломированный финансист, я — дипломированный маг. Предлагаю считать это взаимовыгодным профессиональным сотрудничеством.

— Сотрудничеством? — Сокольский, кажется, всерьез удивился этой мысли.

— Ну да. Мы ведь коллеги. И деловые партнеры.

Сокольский задумался. Ирена терпеливо ждала. В рукаве у нее оставался последний козырь. Ирена планировала пригрозить, что не будет пользоваться профессиональной помощью Сокольского — раз уж он решил отказаться от ее помощи. Но все-таки шантаж оставался крайней мерой. Использовать грязные трюки без крайней необходимости Ирена не собиралась.

Сокольский, до нелепости долго помешивающий ложечкой кофе, наконец поднял взгляд.

— Пожалуй, вы правы. Мы вполне можем обмениваться профессиональными услугами. Раз ведь и правда партнеры.

Ирена отсалютовала ему чашкой кофе.

— Ну, раз мы пришли к соглашению — давайте готовить обед, — Ирена, сделав последний глоток, отставила в сторону чашку.

— Позвольте! Мы говорили о профессиональной помощи.

— Вот именно. Кулинарную магию нам читали на третьем курсе, потом я сдавала экзамен. И, между прочим, получила «отлично»!

Оставив Сокольского возмущенно пыхтеть в чашку, Ирена сняла с крючка фартук. Конечно, платье можно было отчистить от пятен все той же магией — но зачем создавать проблему там, где ее можно не создавать?

Собрав со сковороды жареный лук, Ирена переложила его в плошку и снова зажгла керогаз. Голубоватое пламя заплясало над соплом горелки.

— Мясо у вас порезано?

— Нет. Кусок говядины в холодильном шкафу, — Сокольский, торопливо допив кофе, тоже поднялся из-за стола. — Сейчас…

Вытащив мясо, он передал его Ирене — из рук в руки, словно великое приношение.

— Вот.

— Очень хорошо. Тогда давайте так. Я занимаюсь говядиной — а вы картошкой.

Ирена, опустив мясо на доску, отхватила пару ломтей и быстрыми движениями нарезала их на кубики. Масло на сковороде уже шкварчало, вскипая у краев пузырьками. Ирена опустила в него говядину, тут же навесив круговой экран. Колкие брызги, ударив в прозрачную стену, бессильно сползли на стол.

По-хорошему, нужно было сначала тряпочку подстелить. Но стол у Сокольского и без того был не слишком чистым. Каплей больше, каплей меньше — какая разница? Все равно потом убирать.

Помешав в сковороде лопаточкой, Ирена вернулась к разделке мяса — поддев ножом пленку жира, начала аккуратно срезать ее, стараясь не прихватить мышцы.

— Но почему так? — Сокольский, оставив в раковине горку картошки, подошел поближе. На лице у него было написано изумление. — Я сначала весь кусок режу, а потом за один раз обжариваю. Так же быстрее.