Книга Небо внизу, страница 142 – Юлия Стешенко

Жизнь – это миг между двумя вздохами огня. И только от нас зависит, чем мы заполним эти мгновения.

Предстоятель говорил выразительно и просто – так, как опытный актер читает хороший роман. Он вел проповедь от вступления к кульминации, от кульминации – к финалу, подбрасывая иногда аудитории шутки и задавая вопросы, на которые хотелось ответить.

Кто бы ни писал предстоятелю Валле речь – этот человек свое дело знал. А священник умел работать с публикой. Когда Валле воздел в благословляющем жесте руки, а над головой каждого прихожанина вспыхнул маленький оранжевый огонек, Тео готова была сорваться с места и зааплодировать.

Это было отличное шоу.

И это был очень полезный визит. Ответы на все свои вопросы Тео получила. Осталось только выстроить их в правильную последовательность.

В кофейне пахло так же, как и всегда – горьким шоколадом, кофе и пряным табаком. Лусия, сидя под окном, выпускала изо рта тонкие колечки дыма и они, испуганно подрагивая, уплывали в прозрачный летний полдень.

— Есть много способов вломиться к человеку в голову. Но каждый из них требует непосредственного контакта, – придирчиво осмотрев блюдце, Тео вытащила за хвостик засахаренную вишню и осторожно ее раскусила. От пронзительного сочетания кислоты и сладости рот тут же наполнился слюной, и глоток кофе показался нежным, как бархат. – Священник утверждает, что использовать магию в храме нельзя. Значит, контакт был либо до проповеди, либо после.

— Контакт – это разговор? – уточнил Том, на секунду отвлекаясь от своего занятия. Тщательно и вдумчиво, с архитектурной точностью он конструировал бутерброд из черного хлеба, ветчины, сыра и ломтиков дыни.

— Ты правда будешь это есть?

— Конечно. Вкусно же. Попробуйте! – Том протянул Теодоре тарелку.

— Это даже выглядит мерзко.

— Не мерзко! Вы просто не пробовали, – Том снова подтолкнул по столу тарелку. – Вам понравится!

— Дыня с хлебом? Не думаю.

— Ну хотя бы раз откусите. Хоть немножко…

— Ладно, – тяжко вздохнув, Тео взяла монструозный бутерброд и, зажмурившись, откусила кусочек. Прожевала. Проглотила. Откусила еще раз. – Ну надо же. Действительно вкусно!

— Вот! А я говорил! – возликовал Том. – Такие бутерброды мама летом делала. Говорила, что полезные очень. Там же все сразу: и мясо, и сыр, и фрукты. Еще будете?

— Нет, спасибо.

— Берите, если понравилось! Я не голодный.

— Серьезно? Ты даже не позавтракал.

— Вы тоже.

— А вот я как раз не голодная. И все, что мне нужно – это чашечка кофе, – Тео решительно отпихнула бутерброд владельцу и потащила из блюдца засахаренную сливу. – Возвращаемся к нашему расследованию. Вербального проклятия достаточно при легкой порче, а у нас сложнейшая схема: куда идти, когда, что делать. Эмоции нужно задать, потребность сформировать, подробный паттерн действий проработать. Для таких вещей разговора мало, тут материальный носитель нужен. Скажем, украденный носовой платок.

— Или наоборот, подобранная монета, – с видимым наслаждением прожевав кусок бутерброда, Том отхлебнул сиропно-сладкий кофе. – Я ставлю на монету.

— Почему?

— А потому что. Спереть что-нибудь так, чтобы человек не заметил – это умение нужно. Воровство тоже профессия, и в маленьких городах воришек в лицо знают. В храмах за ними следят в оба.