Книга Небо внизу, страница 147 – Юлия Стешенко

— Не торопитесь, госпожа Дюваль, не торопитесь, – умоляюще вскинул руки предстоятель. – Я отвечу на все ваши вопросы – кроме тех, на которые не имею права отвечать. Но пожалуйста, задавайте их последовательно.

— Я… Да. Сейчас. Хорошо, – чудовищным усилием воли Тео собрала панически мечущиеся мысли. – Вы собираетесь все рассказать моей семье?

— Нет. Прежняя Теодора Дюваль безвозвратно ушла, и это не ваша вина. Ни вам, ни вашим квазиродственникам не станет лучше, если я вывалю на них это печальное знание.

— Откуда вы знаете, что я… не отсюда?

— Сила небесного огня, госпожа Дюваль. Сила небесного огня. Когда вы переступили порог церкви, я понял, что вы – порождение иного мира.

— И теперь вы думаете, что я демон?

— Ни в коем случае. Демон не смог бы войти в храм. Ни демон, ни злой дух, никакая иная сущность. А вы вошли и чувствовали себя совершенно комфортно. К тому же… Сейчас вы так трогательно спасали меня от проклятия. Если бы у меня оставались сомнения, они бы мгновенно развеялись.

— Так. Хорошо. Отлично, – медленно вдохнув через зубы, Тео закрыла глаза и так же медленно выдохнула. – Вы знаете, кто я, и вы не считаете меня сосудом зла.

— Конечно, нет. Такое мне даже в голову не приходило. Для похитительницы тел вы слишком гуманны. Рискну предположить: произошло что-то вроде несчастного случая?

— Да. Пожалуй, это можно назвать именно так. Несчастный случай. Я понятия не имела о существовании этой девушки, – впервые в жизни Тео прикоснулась к своей груди, как к постороннему предмету. – И я не предполагала, что существуют миры кроме того, в котором я живу. Но произошла… произошел несчастный случай. И вот я здесь – а этой девушки нет.

— И вы хотите вернуться обратно?

— Да! Очень хочу. Но мое тело… оно… – Тео замялась, не зная, как объяснить, что такое авария.

— Неважно, – прервал паузу предстоятель. – Ваше тело будет в полном порядке. Я бы не обрек вас на перемещение в умирающую оболочку.

— Но… Я перечитала все книги, которые смогла достать. Ни один ученый этого мира не может провести такой ритуал!

— Конечно, дорогая моя, – предстоятель мягко прикоснулся кончиками пальцев к предплечью Тео. – Никто не может перемещать душу из тела в тело, как цветок из одной клумбы на другую. Это не в силах человека.

— Но вы же сказали…

— То, что не может человек, может пречистый огонь. Вы недооцениваете церковь, моя дорогая.

Персиковое бренди пить было легко. Очень легко. Пятидесятиградусный напиток нежно скользил по языку, оставляя терпкое сладковатое послевкусие, мягким касанием согревал гортань и падал в желудок. Там он взрывался холодным белым огнем, но Тео забрасывала в рот маринованную оливку – и делала следующий глоток.

Любое дело требует умения и практики. Даже алкоголизм.

Чертов священник так ничего и не объяснил. Скользил, как намыленная змея, бубнил о величии церкви и бесконечном животворящем могуществе пречистого огня. Ни слова конкретики, ни одной гребаной детали ритуала… Но в описании результатов потрепанный коротышка Валле был однозначен.

Тео может вернуться домой. Обратно, в Огасту. В свое родное тело. Никто не вспомнит об аварии, никто не заметит ничего странного. Жизнь Теодоры Дюваль продолжится, как сюжет фильма, в котором монтажер вырезал лишние кадры, а потом склеил концы пленки.