Книга Крепостная с секретом. Стиральный переворот, страница 82 – Александра Каплунова

— Ну, разбегаемся, — скомандовала Глашка. — К полудню встречаемся у дуба большого, что тут рядом.

Девки тут же рассыпались по полянам. Я присмотрелась и заметила, что на дальнем краю, у опушки, земляника особенно сочно краснеет. Туда и двинулась, пробираясь через заросли. Оглянувшись через несколько минут, я уже не видела девчат — все расползлись по поляне, а та велика была, трава высокая местами, где там друг за дружкой уследишь.

Я присела на корточки и принялась за дело. Земляника и впрямь уродилась знатная — крупная, ароматная. Пара ягод тут же отправилась мне в рот, не удержалась. Сладкий сок растекся по языку, и я даже глаза прикрыла от удовольствия. Вот ведь простая радость, а как душу греет!

Не заметила я, как увлеклась собирательством и оказалась еще дальше от остальных. Собранная земляника уже заполнила почти половину туеска, а я все шла дальше, высматривая сочные ягоды под листиками. Заприметила впереди полянку, где земляника особенно крупная росла, и направилась туда. А дальше еще чутка в лес углубилась и еще…

Пока не забрела ли едва ль не в бурелом. Тут уж в себя пришла, но показалось мне, что вон там, промеж деревьев, еще одно солнечная прогалинка. Решила, ну, эта точно на сегодня последняя станет. Двинулась к ней, кусты раздвинула и тут же застыла на месте, ослепленная солнцем. А когда глаза привыкли к яркому свету, то увидела на дальней стороне поляны человека.

Это был молодец удалой, ко мне спиной стоящий. Статный, рубаха скинута на соседнее деревце. Плечи широкие с загорелой кожей. Руки сильные, жилистые. В темных штанах, заправленных в сапоги. Волосы коротко стрижены, черные, блестящие на солнце. В руке его что-то сверкнуло — стальное лезвие шпаги, которая описывала в воздухе замысловатые фигуры.

Он двигался плавно, словно в танце, делая выпады и отскакивая назад. Время от времени колол невидимого противника, и тогда шпага со свистом рассекала воздух. Зрелище завораживало — столько силы и грации было в его движениях.

Я застыла, не смея пошевелиться, боясь спугнуть эту картину. Кто это? Явно не крестьянин — те шпагами не владеют. Дворянин? Но кто из местных дворян стал бы упражняться с оружием в лесу в воскресный день?

Словно почувствовав мой взгляд, молодец вдруг замер. Плечи его напряглись, он медленно опустил шпагу и начал оборачиваться.

Я хотела отступить назад, в кусты, но не успела. Он развернулся полностью, и я увидела его лицо, освещенное солнцем. Тонкие черты, прямой нос, темные брови... и карие глаза, которые смотрели прямо на меня.

Сердце мое пропустило удар. Это был Александр Николаевич. Барин собственной персоной. И я, бессовестно краснея щеками, глядела на него во все глаза.

Он вскинул брови, явно чуть насмешливо. Улыбка изогнула его губы, придавая еще больше мальчишеского вида. Хулиганского такого. Словно и не барин передо мной вовсе, а рубаха-парень, первый на деревне. Волосы его растрепанные, челка эта на лицо упавшая. Капельки пота блестели на висках и на шее. Будто росинки на утренних травах. Глаза хитринками блестят, на меня смотрят с нескрываемым интересом и легкой насмешкой.

Я ж невольно взглядом-то по груди широкой, по подтянутым мышцам прошлась. Не такой уж и хлипкий барин оказался. По нему сразу видно — физической нагрузки он не чурается, не из тех дворян изнеженных, что только и делают, что в креслах сидят. Кожа загорелая, даже с расстояния видно, как перекатываются мускулы под ней. Видать, не первый раз вот так под открытым небом тренировки свои устраивает.