Книга В пирогах Счастье, страница 81 – Александра Каплунова

И пусть бы и не было белого платья, церемонии пышной, а оба мы с Виленом понимали, что все это на бумаге только да по договоренности, но соловушки у меня в груди пели звонко. А в мыслях весна поселилась.

Знать бы только, что и дальше все так ладно будет…

Вилен

Сам не знаю, как оказался втянут во всю эту историю. Вроде как жил себе спокойно… Ну, или не очень спокойно. Но все было как-то просто и понятно. Стабильно беспросветно.

Но с появлением этой девицы все в доме перевернулось вверх тормашками. Иномирянка, этим все и сказано. Точно ведь не от мира сего. Деятельная натура. Нина, как вспышка, яркая и негасимая. Откуда только столько энергии берет?

Мы шли теперь по дороге от ратуши, она задумчиво улыбалась каким-то своим мыслям, Дульсинея с Роло вот что-то позади обсуждали, а я никак не мог собрать мысли в кучу.

Как поцеловал ее вчера, так они и расползлись все окончательно, зараза. Как тараканы от света попрятались. И свести их воедино ну никак. И чувство это странное, будто я – не я, а со стороны за происходящим наблюдаю.

Вчера, как она уснула, я сам еще долго без сна лежал. Слушал, как дышит размеренно. Даже во сне Нина улыбалась. Я это заметил украдкой только, когда все ж посмотреть на нее решил. Луч лунный аккурат в тот момент на ее лицо умиротворенное лег.

Странные ощущения. Непривычные. Заметил даже, что приятнее стало вечером в зал спуститься, где все они за взваром сидеть любили в конце дня, чем одному у себя вино глушить. И от голосов их, да от Нининого смеха, в груди тише ныло. До того, что почти утихало, и я мог с трезвой головой спать улечься.

А вчера так и вовсе. За всем этим делом и забыл о том, что вместо источника в груди дыра зияет.

— Все хорошо? – спросила Нина осторожно, моей руки коснулась. Я из своих мыслей вынырнул, кивнул ей. Улыбку вот добавил.

Странно, но с ней рядом пришлось снова с людьми общаться учиться по человечески.

Не знаю, куда дорожка эта приведет нас обоих, но теперь мне, пожалуй, даже интересно стало.

В таверне нас встретили с овациями. И не думал даже, что так радоваться все станут. Ребята-работяги, во дают, вместе с мальчишками нашими уже столы во дворе накрыли. А ведь я хотел еще сегодня делами заняться. Видать, не судьба…

Откуда еды столько притащили, и не понял сразу. Оказалось, работяги, товарищи мои былые, своих женушек с утра пораньше подначили под это дело. Хозяюшек, само собой, тоже к застолью пригласили. Весь двор битком набит оказался. В зале, наверное, и не уместились бы все. Хорошо, что тут разобрали накануне. Тоже Нина ведь молодец.

Шум стоял такой, что стены таверны, казалось, дрожали от смеха и голосов. Бочонки с квасом и вином уже разобрали по кружкам. Дульсинея бегала между столами, следя, чтоб всем всего вдосталь было, да сплетни разнося. Уж это она любила. Мальчишки – те вовсе с ума сошли, устроили гонки на табуретах, чуть не снесли Роло. Даже Мрот, суровый обычно, хохотал, потирая усы, да подзуживал:

— Гляди, Вилен, как твоя Нинка дом-то разгуляла! Такого застолья и на Купалу не бывало!

Я только усмехнулся, оглядел всю эту толпу. Наверное, кто-то бы сейчас зачерпнул чарку покрепче, да и отправился бы пить за свое счастье, но я на сегодня тоже квас выбрал. Даже не тянет к другому. Странно, как быстро привычки меняются.