Книга Зачарованные сладости попаданки, страница 2 – Марго Арнелл

— Хм-м, тогда… Как насчет исполнения желания?

Я снова не удержалась от улыбки. Кажется, ему и впрямь нравилось поддерживать образ джинна. Не вижу причин отказывать милому дедушке в крохотной прихоти.

— А давайте! — Я притворно задумалась. — Полагаю, мир во всем мире желать бессмысленно?

В его улыбке мне почудилась горечь.

— К сожалению, я могу исполнить лишь то желание, что связано исключительно с вами. Кстати, я — Хаджи Аль-Кадим.

— Мира, — улыбнулась я.

— Так что насчет желания, Мира? Только помните — оно не должно быть материальным.

Легко — я никогда не ставила материальные блага на первую ступень. Счастья бы немного… Но это, пожалуй, слишком размыто, расплывчато.

И конечно, мои мысли вернулись к собеседованию, которое должно было состояться завтра в “Шоколадном Рае” — самом элитном и пафосном кафе города.

Идти туда, конечно, стоило даже ради призрачной надежды попасть в их кондитерскую команду. Но я боялась, что с треском провалюсь. Они ведь наверняка ищут виртуозов с дипломами Сорбонны и опытом работы в трехзвездочных мишленовских ресторанах. А я? Я всего лишь самоучка, с небольшой домашней кондитерской и горой амбиций, которые вполне могут разбиться о холодный, профессиональный взгляд шеф-кондитера.

Что, если мои “фирменные” пирожные покажутся им слишком простыми, слишком “домашними” для их утонченной публики? Что, если я провалюсь по всем статьям, и меня выставят за дверь, как нерадивого ученика, испортившего крем? Брр, аж мурашки по коже.

И пусть все происходящее — не более чем шутка… Немного удачи мне бы не помешало. Я уже открыла было рот, чтобы с улыбкой сказать “Хочу завтра успешно пройти собеседование”, но вдруг подумала — а что, если так я, напротив, спугну удачу? Ну что ж, тогда…

— Хочу научиться готовить самые лучшие, восхитительные и волшебные десерты! — выпалила я.

Если отставить шутки в сторону, это умение мне очень бы пригодилось — не только завтра, но и вообще.

— Десерты… — задумчиво протянул Хаджи Аль-Кадим.

Его взгляд, обращенный на меня, изменился — стал более глубоким и заинтересованным. Как будто он вдруг понял или увидел то, чего не замечал прежде.

— Что-то не так? — Задорная улыбка застыла на моих губах.

— Нет, я… Просто не могу поверить. Я так долго вас искал, уже почти отчаялся! Но это и впрямь вы.

Я подавила желание отступить. Как-то все это выходило за рамки безобидной шутки и подыгрывания милому дедушке. Глаза Хаджи сверкали безумным огнем, он едва не задыхался от охватившего его волнения.

Я уже хотела было извиниться и уйти, но он проворно схватил меня за руку и вложил в нее что-то.

— Лишь закалив дух в горниле испытаний, ты выплавишь свое истинное счастье — хрупкое, но бесценное. Легкие пути ведут лишь к призрачным миражам, а сокровище ждет того, кто не сломается на пути к нему.

— Ага, — выдавила я. — Как скажете.

— Так иди к своему счастью, Мира.

Не успела я и слова сказать, как Хаджи щелкнул пальцами, и толпу вокруг нас размыло. Разноцветная волна хлынула прочь, смывая с холста сверкающую огнями Москву.

Последним, что я видела, прежде, чем провалиться в темноту, было самое настоящее пламя, вспыхнувшее в глазах Хаджи Аль-Кадима.

Москва исчезла. Вечер сменился днем — теплым, безветренным. Я очутилась в какой-то глуши, на широкой тропе, со всех сторон окруженная деревьями. А в моей руке было зажато нечто вроде письма или буклета.