Книга Зачарованные сладости попаданки, страница 51 – Марго Арнелл

— Я бы заказал то, что поможет мне снова обрести крылья.

— Ты когда-нибудь мечтала летать? — тихо спросил сосед, не поворачивая головы.

— Кто об этом не мечтает? — улыбнулась я.

Он тихо усмехнулся, но в этом смехе было больше печали, чем радости.

— Я не мечтал. Просто летал. Для меня это было так естественно, как для тебя дышать. До того момента, когда я потерял крылья.

— Хотите сказать, у вас когда-то были самые настоящие крылья? — ошеломленно спросила я.

Не зря сосед казался мне птицеподобным, ох не зря. Зефирка, все еще мурчащая на моих коленях, заинтересованно вскинула голову.

— Были? Нет, они есть и сейчас. Вот только… они утратили свою силу.

И мой сосед вдруг скинул тонкую хлопковую рубашку. Под ней обнаружилось стройное, даже худощавое тело… от которого я поспешно отвела взгляд. Впрочем, ненадолго.

Потому что за спиной мужчины взметнулись два крыла. Похожие на ястребиные, они были больше, величественнее и цветом напоминали осеннюю листву: теплые оттенки коричневого и охры, перемежающиеся с тонкими полосками серого. Перья, жесткие и острые, как наконечники стрел, плотно прилегали друг к другу. У основания крыльев, ближе к плечам, они были более мягкими и пушистыми. К ним так и хотелось прикоснуться.

Взмах этих крыльев был стремительным и бесшумным, одновременно плавным и мощным, словно когда-то они были способны не только поднять его в небо, но и рассечь ветра.

Когда крылья расправились полностью, от них исходила легкая вибрация — будто отголосок утраченной магии. Когда-то они позволяли своему обладателю парить в небесах.

— Меня зовут Селвион, и я принадлежу расе аэтэрусов. Мы — далекие родственники гарпий. Более разумные, более… человечные. Мы предпочитаем прятать свои крылья и парить в небе, когда нас не видят другие. Это особое, священное таинство.

— Но вы его утратили… Почему?

— Я потерял магию. А без нее мои крылья — всего лишь необычное украшение. Они мертвы. Бесполезны.

— Мне очень жаль, — тихо сказала я.

Селвион мотнул головой.

— Не стоит. В случившемся виноват лишь я сам. Я был слишком горд и высокомерен. Я был рожден здесь, в Эльдори, хоть и далеко от этих краев. Я рос среди людей. И если в стране аэтеров наши крылья — почти обыденность, то здесь… Я всегда считал себя выше других. Смотрел на тех, кто не мог летать, как на существ второсортных. Считал, что я... избранный. Но забыл, что магия — это привилегия. Божественный подарок. И что любой дар может быть отнят.

Взгляд Селвиона потемнел. Крылья за его спиной втянулись куда-то в спину, исчезли. Он набросил на себя рубашку.

— Я оскорбил того, кто дал мне этот дар. Оскорбил самого бога ветра, Лириана. Он пришел ко мне с ураганом и забрал то, что я не ценил. Показал тем самым, что магия дана мне лишь по его милости. И я будто рухнул с небес на землю. Без магии я не мог подняться в воздух. Мои крылья стали пустышками. И я понял, как мало значит высота, если в сердце нет благодарности и скромности.

Он с горечью усмехнулся.

— Я не виню Лириана. Это было справедливо. Но... я скучаю по небу. По той свободе, которую у меня отняли, которую я сам отнял у себя. Свободе летать.

— Вы пытались вернуть магию? — осторожно спросила я.

— Да, но ничего не добился. — Хмурая складка меж его бровей стала глубже. — Может, я еще не достоин. А может, ее уже никогда не вернуть.