Книга Одержимость жестокого принца, страница 76 – Ксения Есенина

— Адепт Дариус, добрый день, — удивлённо, но с неизменной безупречной вежливостью кивает Мэтью.

Кай окидывает Коллинза пристальным взглядом.

— Шайла, можно тебя, — произносит он, не глядя на меня. — На пару слов.

Вздрагиваю, будто меня молния ударила. В чём дело? Почему вдруг такая реакция? И тут я осознаю. Он впервые назвал меня по имени. Боги, почему это ощущалось… так странно? Меня вдруг захлёстывает жуткое смущение.

Что ему от меня понадобилось? Облизываю губы.

— Прямо сейчас? — приподнимаю брови.

— Прямо сейчас.

Мы остановились посреди коридора, поэтому адептам приходится обходить нас, чтобы не натолкнуться. Многие оборачиваются в нашу сторону и украдкой перешёптываются.

Прежде чем я успеваю открыть рот, Коллинз быстро произносит, снова переходя на официальный тон:

— Увидимся в другой раз, мьес Шерман. Рад был с вами побеседовать.

Остаёмся с Каем стоять друг напротив друга посреди коридора. Шаги, шорохи одежды и голоса заполняют молчание между нами. Складываю на груди руки.

— Что?

Кай слегка кивает в приглашающем жесте, молча поворачивается и идёт по коридору. Внешне выглядит расслабленным, но мне вновь кажется, что он чем-то недоволен. Медленно выпускаю воздух сквозь зубы и следую за ним.

— Коллинз прямо-таки очарован тобой, Шерман. Даже на индивидуальные беседы уже приглашает.

Меня задевают его слова.

— Что здесь такого? Мы говорили об артефакторике…

— И о твоей матери.

Чуть не закатываю глаза.

— Мэтью просто поинтересовался, откуда я родом.

— Мэтью? — вскидывает бровь Кай. — Мьер Коллинз со всеми студентками так фамильярничает или только с тобой?

Чувствую, что начинаю злиться.

— Мы решили сделать общение менее формальным. К чему весь этот разговор? Или ты…

Мои глаза непроизвольно расширяются. Но закончить внезапно пришедшую на ум невероятную мысль я не успеваю, потому что Кай резко останавливается и поворачивается ко мне.

— Мне просто интересно, сколько ещё адепток побывали в его кабинете для… индивидуальной беседы.

Меня аж в жар бросает, когда я улавливаю подтекст.

— На что ты намекаешь?! — говорю возмущённо.

— Тише, Шерман, а то ненароком возгоришься, — бросает небрежно. — Я всего лишь хочу сказать: не будь слишком наивной. Как бы Коллинз не потребовал выполнения ещё одного условия для попадания в список практикантов.

— Какое ещё… — начинаю я, но осекаюсь и всё же закатываю глаза. — Боги, Дариус, не нужно мерить всех по себе. Если ты не можешь себя контролировать, это не значит, что… все такие же, как ты. А Мэтью… Он вежливый, интеллигентный и очень умный. И не смотрит на меня свысока, хотя работает в крупной корпорации.

— Как вижу, это весьма действенный способ охмурить девушку.

Вот теперь мне становится по-настоящему обидно. Качаю головой и отступаю на шаг.

— Неужели тебе так сложно признать, что я талантлива, даже несмотря на отсутствие магического дара? Что я могу получить место практиканта в престижной корпорации, потому что достойна этого? Что могу построить хорошую карьеру, не имея ни денег, ни связей, ни родословной?

Мои губы изгибаются в невесёлой усмешке. Добавляю прежде, чем успеваю подумать:

— Жаль, что однажды мне придётся жить в стране, в которой ты станешь императором.

Выражение лица Кая меняется в мгновение ока. Весь мир разом сужается до опасного прищура пылающих золотым огнём глаз. Окружающие звуки исчезают. Остаётся только его взгляд, который давит на меня, как бетонная плита.