Книга Герцог, не порть мне Средневековье!, страница 58 – Светлана Огнева

Самого Корвинского, кстати, не казнили. Учитывая его добровольную сдачу и моё заступничество, король заменил казнь на пожизненное изгнание в отдалённый монастырь. Его земли были разделены между вассалами, а замок перешёл под королевское управление. Сэр Ламберт, как и было обещано, получил амнистию и даже сохранил часть земель — теперь он был тише воды ниже травы и слал герцогу Эшфорду благодарственные письма каждую неделю.

— Ещё один враг превратился в союзника, — заметил герцог, просматривая очередное письмо Ламберта.

— Дипломатия выпечкой и фитнесом, — усмехнулась я. — Надо будет запатентовать метод.

— Что значит «запатентовать»?

— Зарегистрировать как изобретение. Чтобы все знали, кто придумал.

— И кто же придумал?

— Леди Валери из рода Окделл, — я шутливо поклонилась. — Советник по военной подготовке, главный пекарь и специалист по переговорам в плену.

Он покачал головой, но уголки его губ дрогнули в улыбке.

К середине ноября в замке воцарилась спокойная, размеренная жизнь. Тренировки шли своим чередом, пекарня процветала, а Марта и Тим, кажется, окончательно влюбились друг в друга. Я часто заставала их вместе на кухне: Тим месил тесто, а Марта сидела рядом и что-то шила, и оба они выглядели такими счастливыми, что сердце радовалось.

Однажды вечером, когда я сидела в своих покоях и записывала в дневник (я завела его недавно — на грубой бумаге, гусиным пером, но с огромным удовольствием) последние события, в дверь постучала Изабель.

— Леди Валери, — она вошла, сияя, как начищенная монета, — у меня новость!

— Какая? — я отложила перо.

— Я… — она запнулась и покраснела, — кажется, я жду ребёнка.

Я вскочила и обняла её.

— Изабель! Это же чудесно! Гилберт знает?

— Ещё нет, — она улыбнулась. — Я хотела сначала вам сказать. Вы… вы стали мне как старшая сестра. И я хочу, чтобы вы были крёстной.

Я замерла. Крёстная мать.

— Это огромная честь, — тихо сказала я. — Я согласна. Только… тебе придётся научить меня всем этим молитвам. Я их пока не очень знаю.

— Научим, — Изабель рассмеялась. — Вместе справимся. Как и со всем остальным.

Она ушла, а я ещё долго сидела, глядя в окно на падающий первый снег. Ноябрь в этом году выдался мягким, и снежинки, кружась за стеклом, ложились на каменные зубцы стен белой пушистой шалью.

Было тихо. Спокойно. Хорошо.

Вот так, думала я, и случается счастье. Не громко, не с фанфарами — а тихо, как первый снег. Когда ты понимаешь, что у тебя есть дом. Есть люди, которые тебя любят. Есть дело, которое приносит пользу. И есть кто-то, кто знает твою тайну и всё равно остаётся рядом.

Я закрыла дневник и спрятала его в сундук. Завтра будут новые заботы: тренировка, пекарня, письма, планы на зиму. Но сегодня можно было просто посидеть у камина и посмотреть на снег. Я это заслужила. Мы все это заслужили.

Декабрь в замке Эшфорд начался с суеты. Нет, не так — с СУЕТЫ, заглавными буквами. Потому что если вы думаете, что средневековый замок зимой погружается в спячку, как медведь, то вы глубоко заблуждаетесь. Особенно если в этом замке живу я.

Всё началось с того, что герцог объявил о предстоящем праздновании Середины Зимы — местного аналога Рождества, который отмечали с размахом. В замок должны были съехаться вассалы, соседи, а также королевский посланник с каким-то важным указом. Это означало, что нам предстояло подготовить пир на полторы сотни гостей, разместить их на ночлег и организовать развлечения.