Книга Хозяйка игрушечной мануфактуры, страница 88 – Фиона Сталь

— Мы выкрадем самое ценное. То, без чего фабрика — просто груда кирпичей.

— Выкрадем? — я опешила. — У самих себя?

— У него.

— Что именно?

— Тетради с рецептами. Лекала. Матрицы для зеркал. И... — он сделал паузу. — Документы. Артур наверняка держит их при себе или в сейфе на фабрике, раз он там живет. Если мы найдем доказательства его махинаций, мы посадим его за решетку до того, как он успеет продать последний гвоздь.

— Но там охрана!

— Именно поэтому мы пойдем ночью. И не через ворота.

— Мы? — переспросила я.

— Я, Тобиас и пара моих парней, которые умеют ходить тихо.

— Я с вами, — твердо сказала я.

— Я знал, что ты это скажешь.

Ночь была безлунной.

Мы оставили лошадей в перелеске за полмили до фабрики и пошли пешком через пустырь, проваливаясь в снег.

Задняя стена фабрики выходила к реке. Там был старый погрузочный люк, про который мало кто знал. Тобиас сказал, что замок там ржавый, но его можно открыть.

Мы подобрались к стене. Охрана Артура патрулировала двор с факелами, но сюда они не заглядывали — здесь было темно и скользко.

Тобиас, кряхтя, взобрался на кучу ящиков и начал ковыряться в замке люка.

— Тише, — шепнул Роланд, оглядываясь.

Щелчок. Люк со скрипом приоткрылся.

Мы проскользнули внутрь и очутились на старом складе.

— Куда теперь? — шепотом спросила я.

— В кабинет управляющего, — ответил Роланд. — Там сейф. Артур наверняка держит бумаги там. А Тобиас с парнями пусть идут в цех и забирают матрицы.

Мы разделились. Тобиас и двое гвардейцев исчезли в темноте цеха. Мы с Роландом начали пробираться по коридорам административного корпуса.

Пол скрипел. Каждый звук заставлял замирать сердце и прислушиваться к шагам.

Мы поднялись на второй этаж. Под дверью кабинета была щель света.

Артур был там!

Мы подкрались и прислушались.

— ...Да, завтра заберете остальное, — голос Артура был пьяным и веселым. — Печи тоже ломайте, там хороший кирпич. Мне плевать. Деньги вперед.

Он разговаривал с кем-то. С покупателем?

— А что с женой? — спросил незнакомый голос. — Она не будет против?

— Жена? — Артур хохотнул. — Жена сидит у своего любовника и льет слезы. Пусть сидит. Скоро ей некуда будет возвращаться. Я продам это место, расплачусь с долгами и уеду в Париж. А она пусть гниет здесь! Герцог наиграется с ней и вышвырнет вон, вот тогда птичка запоет фальцетом, да поздно будет!

Я сжала кулаки. Скотина. Он планировал бросить нас с дочерью во второй раз!

— Ладно, до завтра, — сказал незнакомец.

Послышался звон монет. Сделка состоялась.

Дверь открылась. Мы с Роландом вжались в нишу в стене, задержав дыхание.

Мимо нас прошел грузный мужчина в пальто. Он спускался по лестнице.

Артур остался в кабинете. Мы слышали, как он ходит, напевая, и гремит бутылками.

— Он пьян, — шепнул Роланд мне на ухо. — Это наш шанс.

— Что будем делать?

— Ждем, пока он уснет. Или вырубится.

Мы ждали час. Артур пил, разговаривал сам с собой, ругал меня, Роланда, погоду. Потом наступила тишина. И храп.

— Пошли, — скомандовал Роланд.

Мы тихо вошли в кабинет.

Артур спал, уронив голову на стол, прямо в лужу вина. Рядом стояла открытая бутылка и валялись деньги — задаток за продажу.

Роланд подошел к сейфу в стене. Он был приоткрыт. Артур в пьяном угаре забыл его запереть.

— Идиот, — прошептал герцог.