Книга Хозяйка каланчи, страница 77 – Адель Хайд

Следующие несколько недель мы с Машей не только учились, но и принимали те обязательства, которые требовалось принять и Маше, и мне как главам родов.

Если бы не помощь графа Давыдова, который выделил нам своих адвокатов и отдал личного помощника, мы бы не справились.

Адвокаты Давыдова помогли разобраться с бумагами. На роду Пожарских висело несколько долгов. Но, помимо этого, были и активы. Только вот непонятное что-то творилось, вроде как они были переданы кому-то в ответственное управление, но никаких отчётов в банках, никаких выплат, ничего из того, что должно быть в таком случае, адвокатам обнаружить не удалось.

Граф Давыдов забрал эти договоры, обещал узнать, что за люди и в каком состоянии эти активы находятся.

С Машиными финансами было несколько сложнее. По глупости или странному недоразумению ещё отец Маши подписал странные договоры на защиту, по которым практически все средства, что зарабатывали активы рода, уходили в оплату этого договора.

Причём просто прекратить платежи было невозможно, договоры были составлены таким кабальным образом, что в случае неуплаты это грозило конфискацией всего имущества рода. По договору требовалось уведомить другую сторону о прекращении желания пользоваться её услугами. Что адвокаты графа Давыдов и сделал.

Но в договоре была ещё одна строка: ответ считается полученным, только если другая сторона его предоставила в письменном виде. А другая сторона почему-то молчала.

Но адвокат нас успокоил, что ещё месяц нам придётся, скорее всего, делать эти платежи, а потом, если другая сторона так и не ответит, подадим на неё в суд.

Я уже, честно говоря, думала, что не надо было Маше принимать на себя эту ответственность за непонятный род, но мне ли давать советы, когда я сама оказалась в такой же ситуации.

Зато с Иваном Балахниным разрешилось, он вернулся обратно из Петербурга, и мы уже, грешным делом, подумали, что его в училище не приняли. Но всё оказалось с точностью наоборот. Ивана зачислили в военно-морское училище, но отпустили на неделю собрать вещи.

На наш вопрос «как всё прошло?» Иван ответил, что очень доволен, но ничего нам не рассказал.

Граф нам потом рассказал, что при приёме в училище каждой проходит собеседование. На этом собеседовании нельзя солгать, потому что там установлен специальный артефакт, который ложь сразу видит и проверяет.

И вот один из вопросов был: «Причиняли ли вы вред кому-либо умышленно?»

Когда Иван ответил, что нет, артефакт остался зелёным.

Граф Давыдов посмотрел на меня и сказал:

— Вы же понимаете, Дарья Николаевна, что это значит?

На лице Маши была счастливая улыбка.

— Понимаю, — ответила я. — Это значит, что он не знал, что причиняет вред человеку, когда носил этот артефакт. И был уверен, что это его магия.

— Да, — сказал Денис Васильевич. — Именно так, и я думаю, что поэтому он так тяжело воспринял её исчезновение. Потому что он терял не чужую магию, он терял свою.

А Иван Балахнин как-то незаметно изменился. Когда он вышел к ужину, его взгляд, осанка, походка, всё это уже выглядело совсем по-другому. Не как у человека, несущего на себе тяжёлый крест, а как у человека, который смотрит в будущее.

А за ужином он впервые увидел Алексея. До этого мы же не привозили Ивана в особняк графа Давыдова, где так и жили сами.