Книга Реставратор яблочного сада: детей и драконов не предлагать!, страница 74 – Лиззи Голден

— Мои правила, — продолжает Ардин, пока я молчу, мучительно соображая, что говорить, — были предельно просты. Никакой магии. Никакого обмана.

— Ардин, я… — пытаюсь я найти оправдание, но он резко шагает ко мне, из-за чего мне приходится отступать к стене, и его тень накрывает меня целиком.

— Молчать! — шипит он, не его голос бьет по ушам, как самый сильный крик. — Ты не только лгунья. Ты… ты смеялась все это время надо мной. Над всем, чем я пытался защитить этот дом…

Он сжимает яблоко с такой силой, что сок струйкой стекает у него по руке.

Защитить? После этого слова внутри меня как будто клапан срывает. Тот самый момент, когда я уже за себя не ручаюсь.

— Я делала это ради вас! — вырывается у меня, и голос мой дрожит от отчаяния и несправедливости. — Ради Элис! Ради всех! Чтобы спасти этот дом, выплатить ваши долги! Чтобы вы не пошли по миру, а нас не продали в рабство!

Он замирает, и на его лице на миг появляется что-то похожее на замешательство, но оно тонет в новой волне гнева.

— Ты думаешь, что хорошо поступала, да? Что мне нужна такого рода… помощь? ― чуть ли не выплевывает он и швыряет яблоко в горящий камин. — Ты считаешь, что имеешь право соваться в мой дом со своими правилами и исправлять то, что восстановлению не подлежит?

Он отходит от меня, резко открывает ящик, чуть не вырвав его с мясом, хватает тот самый пожелтевший пергамент с нашими кровавыми подписями и бросает его на стол.

— Я ограждал этот дом от огня, который губит все вокруг. А ты… ты солгала мне, что не имеешь магии, и принесла сюда этот огонь. В вид лжи и чар. Поддерживала мою дочь, помогала развивать ее дар! Я ошибся в тебе, Габриэлла, но… ты еще горько об этом пожалеешь.

С треском, который кажется громоподобным в тишине кабинета, он разрывает договор пополам. Клочки пергамента падают на пол, и я чувствую, как внутри меня что-то обрывается.

— Пошла вон, — говорит он, и его голос снова становится сухим и безжизненным. Он смотрит на меня, но словно не видит. — Убирайся. Все, ты свободна. Видеть тебя не хочу.

Я стою, не в силах пошевелиться, глядя на две половинки магического драконьего договора, который якобы невозможно расторгнуть. Ардин просто разорвал его напополам и… что, это все? Я теперь могу идти на все четыре стороны, и мне ничего за это не будет?

Пока я пытаюсь что-либо понять, клочки на полу начинают шевелиться. Они ползут друг к другу, словно железные опилки к магниту. Светящиеся нити — красно-золотые, как драконий огонь, прошивают разорванные края. И вот, договор снова лежит на полу целый и невредимый, будто его и не рвали. Только моя подпись и наши капли крови горят на нем чуть ярче, чем до этого, всем своим видом крича о нерушимости драконьего договора.

Внезапная мысль ударяет меня с такой силой, что у меня перехватывает дыхание.

Я могу его уничтожить. По-настоящему.

Не просто разорвать  ― это ничего даст, ― а испепелить в прах. Потому что я… наполовину ксавер. Магия Разлома способна расколоть и разрушить любые магические связи. Даже скрепленные драконьей кровью.

Мне нужно только коснуться его, прямо сейчас ― и я свободна. Магия не сожжет меня изнутри ни завтра, ни послезавтра, если я после этого уйду.

Пока разрываюсь между тем, как я хочу поступить и как правильно, дверь в кабинет с грохотом распахивается.