Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 36 – Алекс Скай

— Тихо, — сказала Марта.

Голос рассмеялся.

Смех прошёл под ногами тяжёлой волной. На полке внутри пекарни дрогнула жестяная форма. В дальнем углу осыпалась пыль. На снегу золотая звезда вспыхнула и стала шире.

— Честно? — переспросил голос. — Хорошо. Открой нижнюю дверь до заката. Спустись одна. Принеси печать. Оставь её на камне. Тогда огонь будет служить тебе ещё один день.

— А если нет?

— Тогда печь замолчит.

Марта возмущённо вскинула голову.

— Не смейте угрожать моей печи!

Печь щёлкнула.

— Да, уже моей, — огрызнулась Марта на неё. — Не перебивай.

Несколько человек в толпе, несмотря на страх, нервно фыркнули. Этот маленький человеческий звук нарушил ледяную власть голоса. Элина уловила это сразу.

Чудовище под полом, кто бы оно ни было, давило тайной, древностью, холодом. Марта ответила ему кухней. И от этого угроза вдруг стала не меньше, но ближе к земле.

А с тем, что ближе к земле, можно было работать.

Элина положила ладонь на косяк.

— Нет.

Староста Корв вздрогнул так, будто отказ был адресован ему.

Голос из-под пола замолчал.

Тиш шёпотом сказал:

— Вот теперь точно обиделся.

— Я не спущусь одна, — продолжила Элина. — Не отдам печать. И не буду покупать один день огня ценой собственного горла.

— Ты не знаешь, кому отказываешь.

— Верно. Не знаю. Поэтому и отказываю.

Канцлер Лиор, стоявший у крыльца, впервые за всё время медленно поднял глаза на Элину. В этом взгляде мелькнуло что-то такое, что она не сразу поняла. Не удивление. Не одобрение. Скорее печальная уверенность человека, который всю жизнь боялся услышать именно этот разговор — и теперь радовался, что его слышит не покорная девочка, а женщина, уже прошедшая через публичное унижение и не сломавшаяся.

— Мудро, — произнёс он негромко.

Корв резко обернулся.

— Мудро? Господин канцлер, в здании говорит неизвестная сила, а вы называете отказ подчиниться мудрым?

— Особенно в таких случаях отказ подчиниться бывает первым признаком разума.

Под полом снова скребнуло.

— Лиор, — сказал голос.

Канцлер побледнел.

Слишком резко. Слишком заметно.

Элина это увидела. И Кир увидел тоже. Бывший стражник чуть сузил глаза.

— Значит, ты его знаешь, — сказала Элина.

Лиор не ответил.

Голос ответил вместо него:

— Все старые дома знают старых трусов.

Старый канцлер закрыл глаза на мгновение. Когда открыл, лицо его уже стало привычно сдержанным.

— Леди Астер, — сказал он, не глядя на дверь, — до заката вам действительно нужно удержать огонь. Но не так, как он требует.

— Как?

Лиор хотел ответить, но в этот миг один из стражников наместничьего дома шагнул вперёд.

— Достаточно.

Голос у него был молодой, но старательно жёсткий. Лицо каменное, подбородок поднят слишком высоко. Из тех, кто недавно получил право говорить от имени власти и пока не понял, что власть не делает слова умнее.

Он развернул свиток с чёрно-серебряной лентой.

На сургучной печати был дракон Вейранов.

Сердце Элины ударило один раз — резко, неприятно, как ладонь по двери.

Вот он.

Не пришёл сам.

Прислал приказ.

Стражник прочистил горло и зачитал:

— Именем Рейнара Вейрана, наместника Восточных земель, главы драконьего дома и хранителя городского порядка, владение у старого монастыря временно признаётся спорным до завершения проверки древних прав. Элине Астер предписано немедленно вернуть печать монастырского владения в канцелярию наместника для хранения. Любая торговля хлебом, выпечкой и иными изделиями в пределах городских стен запрещается до решения Совета. Нарушение повлечёт изъятие имущества, закрытие помещения и удаление всех находящихся внутри лиц.