Книга Добрые духи, страница 69 – Б. К. Борисон

Я моргаю, ошеломлённо глядя в стену, потом обнимаю его и сжимаю.

Из него вырывается низкий звук.

— Нормально? — спрашиваю я.

Он кивает, потом качает головой. Я провожу рукой по его растрёпанным волосам, и он сжимает меня сильнее. Я царапаю ногтями его затылок, и он вздрагивает.

Я обнимаю его в вестибюле катка, обвившись вокруг него, мои ноги болтаются у его голеней, а его руки плотно обхватывают мою талию. Я обнимаю его, пока у меня не немеют руки.

— Ещё мгновение, — просит он, после того как я убрала все его волосы с лица и несколько раз провела по изгибам его ушей, что теперь знаю, на одном у него шрам в форме полумесяца, нежная кожа чуть бугрится под моими пальцами. Нолан ещё сильнее утыкается лицом мне в шею, носом слегка подталкивая. — Мне просто нужно ещё одно мгновение, и я буду в порядке.

— Столько сколько нужно, — тихо говорю я, начиная поглаживать очередную блуждающую дорожку по коже его головы.

Его волосы такие мягкие. Я скольжу пальцами по его ушам снова, ниже, к тёплой коже шеи. Провожу по плечам, потом возвращаю одну ладонь вверх, чтобы обхватить его щеку.

— Приятно, — бормочет он.

Я повторяю путь по линии его челюсти.

— Что именно?

Его руки сжимаются вокруг меня.

— Обнимать тебя, — говорит он, и я чувствую, как его губы двигаются по моей коже. — Давно меня не обнимали, — добавляет он тише.

Я моргаю, чувствуя внезапные слёзы. Каким одиноким он, должно быть, был все эти годы. Ждал чего-то, что так и не пришло. Хотел, чтобы хоть что-то изменилось. Неудивительно, что он сорвался, когда я предложила ему надежду на что-то другое.

Он выдыхает ещё раз глубоко, и его руки ослабевают.

«Нет», — хочется мне возразить. — «Не сейчас».

Но он ставит меня обратно на ноги со смущённой гримасой, на его щеке отпечатались линии от моей куртки. Я поднимаю руку и тру их.

— Лучше? — спрашиваю я.

Он кивает, рассеянный, уголки рта опущены.

— Да. Спасибо, — он тянется ко мне, берёт мою руку и убирает её от своего лица. — Мне нужно идти.

Живот скручивается в узел.

— Прямо сейчас? — я оглядываюсь через плечо на пустой киоск. — Но горячий шоколад. Он поможет. Обещаю, — я делаю паузу. — Мы можем ни о чём не говорить, если ты не хочешь. Но я не думаю, что тебе стоит быть одному.

«Ты мог бы остаться», — почти говорю я. — «Я могла бы попытаться сделать так, чтобы тебе стало лучше».

Его рука сжимает мою, взгляд прикован к двери.

— Если мы побывали в моём прошлом, значит, что-то не так. Так не должно быть.

Он сглатывает, снова вздрагивая. Он выглядит таким уставшим. Встревоженным.

— Мне нужно поговорить с Изабеллой.

— Изабелла?

Моё сердце делает один неприятный удар прямо в середине груди.

Его выражение лица смягчается, рука поднимается и успокаивающе касается моего локтя.

— Моя начальница, — объясняет он. — Мне нужно разобраться. Я вернусь завтра. Послезавтра — самое позднее.

«Где ты будешь?» — хочется спросить. — «Как мне с тобой связаться?»

«Ты в порядке? Тебе нужны ещё обнимашки?»

Он всё ещё выглядит так, будто держится только силой воли. Глаза покрасневшие, ладони дрожат. Мне хочется протянуть руки и обнять его. Снова зарыться пальцами в его волосы и держать. Завернуть его в плед и посадить на мой диван. Обнимать, пока он не вспомнит, каково это… Пережить такие чувства.