Книга Дитя Меконга, страница 75 – Алёна Сереброва

Кто-то подплывает к бортикам, чтобы поздороваться с такими же восторженными, как и Ним, школьницами или заглянувшими на огонёк студентками, кто-то выныривает, забираясь на противоположный бортик, чтобы передохнуть. Настоящая лагуна…

— Я же просил не приходить, – вынырнув из воды рядом с бортиком, ворчит Синг, и стоящая совсем рядом Ним прыскает в кулак. Тон, впрочем, с ней согласен. Плавательные очки с ярко-рыжим, как всполох пламени, хвостом совсем не сочетаются и портят всю сказочность образа. Похоже, уговорить Синга плавать без них оказалось делом непосильным, и Най сдался.

— Прости, Пи, мне было слишком интересно посмотреть, – кается Ним, на мгновение складывая ладони в вае и тут же пряча их за спину, чтобы в следующий момент вполне искренне протянуть: – Так красиво…

— Ну, если красиво, тогда смотри, – расплывается в улыбке Синг и, ухватившись за бортик под зеленью, чуть разворачивается, демонстрируя хвост и искусственный плавник. – Хорош, а? Давай к нам, Тон. Окунись и охладись. Кто-нибудь точно одолжит тебе хвост.

— Спасибо, воздержусь, – смеётся Тон, подобно Ним пряча руки за спиной. – Пи Нок скоро должен прийти.

Тон оглядывается в сторону выхода, и именно этот момент выбирает Синг, чтобы плеснуть в них водой.

Ним с тихим писком отскакивает, стуча каблучками по полу, а Тон чувствует, как в ботинках, которые приняли на себя большую часть воды, становится сыро. Не смертельное, но неприятное чувство, тем более кажется, будто Синг целился именно в его сторону.

— Мне тебя притопить, русалочка?

— Вам придётся спуститься в воду, принц, – насмешливо отзывается Синг, отталкиваясь от бортика и ложась на спину. Для полноты картины он ещё и руки за голову закладывает, позволяя всем желающим рассмотреть не только крепкие мышцы живота и то, с какой лёгкостью он держится на воде, но и хвост. Будто хвастаясь. – Рискнёте, ваше высочество?

— В ближайшую неделю ужин готовишь сам, понял меня? – с колкой усмешкой отзывается Тон, и Синг тут же уходит под воду под испуганный писк Ним.

Разворачивается в ней он, впрочем, тоже с невероятной лёгкостью, а на поверхность выныривает уже снова у бортика, задирая голову вверх, будто в попытке заглянуть в глаза.

«Позёр», – хмыкает Тон, выгибая бровь в ответ на жалобный взгляд друга.

— Ты ведь это не серьёзно, да? Ты ведь не оставишь меня голодать целую неделю? Ты не можешь быть таким жестоким…

Появившаяся в голосе Синга плаксивость заставляет Тона закатить глаза и вздохнуть.

— Пи-и-и, – тянет Ним и смотрит, кажется, ещё более жалостливо, чем только что смотрел Синг, и вместе с тем осуждающе, будто он тут маленького щеночка без еды оставить хочет.

— Не ведись на его жалобные взгляды, Нонг Ним. Он вполне может заварить лапшу или купить ужин. Голодным не останется.

— Но ты готовишь вкуснее, – тут же парирует Синг. – Честно, вкуснее. Нонг Ним, знала бы ты, как он умеет готовить.

— Хватит, – ворчит Тон, хотя внутри разливается приятное тепло, будто его только что погладили по голове, а так и рвущуюся на губы улыбку едва удаётся подавить. Улыбнись он сейчас, и Синг, почувствовав слабину, не отстанет, пока он не согласится готовить.

— Пи, ты умеешь готовить?

— Умеет, – замечают из-за спины голосом Нока, и Тон цепенеет. – У его родителей ресторан в Паттайе.