Книга Желание богов, страница 15 – Тан Ци

— Ты избегаешь меня, не хочешь меня видеть, злишься на меня, еще и говоришь, что Яньлань лучше! – От быстрой и гневной речи она даже подавилась.

Лянь Сун тут же похлопал ее по спине, в его голосе послышалась беспомощность:

— Я такого не говорил.

Чэн Юй попыталась вспомнить, так ли это, но в голове все смешалось, и она не могла вспомнить даже то, что он только что говорил, поэтому лишь кивнула:

— А, ну, значит, не ты.

Но мысль о том, что Яньлань может оказаться лучше, все равно терзала ее. С покрасневшими глазами она спросила Лянь Суна:

— Яньлань красивее меня? – Не дожидаясь ответа, Чэн Юй сама решительно покачала головой. – Не думаю, что она красивее!

— Яньлань умнее меня? – И, снова не дожидаясь ответа, решительно заявила: – Вряд ли она умнее!

— Яньлань внимательнее меня? – Тут она все же дала братцу Ляню шанс ответить.

Однако он лишь смотрел на нее. От его безупречного лица больше не веяло холодом, но что значило его выражение, Чэн Юй прочесть не могла. Она никогда не могла понять Лянь Суна, поэтому просто подумала: «Видимо, он просто не хочет отвечать».

Немного поразмыслив, после паузы она неуверенно добавила:

— Ну… может, мы одинаково внимательны…

Чэн Юй хотела спросить еще что-то, но тут же раздраженно покачала головой:

— Ладно, неважно.

Когда она умолкла, Лянь Сун взял ее руки в свои:

— Тебе не нужно сравнивать себя с ней.

Но, похоже, эти слова ее не утешили. Опустив голову, Чэн Юй долго смотрела на их соединенные ладони, затем прошептала:

— Но Яньлань умеет играть на цине, умеет петь и рисует очень хорошо… Я не умею ничего из того, что умеет она. – Княжна шумно вдохнула и, набравшись смелости, призналась: – Я… я ужасный человек. Мне не нравится Яньлань именно потому, что она – хорошая младшая сестра.

— Пусть даже она хорошая сестра, что с того? – спросил Лянь Сун.

Чэн Юй внезапно бросилась к нему в объятия, крепко обхватила за плечи, прижалась лицом к груди и, задыхаясь, озвучила свой самый затаенный страх:

— Я боюсь… боюсь перестать быть для тебя единственной. Боюсь, что рано или поздно ты меня покинешь.

Лянь Сун задержал дыхание. Он не помнил, чтобы кто-то в этом мире мог всего одной фразой лишить его самообладания и спутать мысли. Через некоторое время он закрыл глаза. Но не обнял Чэн Юй в ответ.

Да, он рано или поздно покинет ее. Поэтому ей лучше привыкнуть пораньше.

Сегодня он уже перешел черту. Если так пойдет и дальше, ничем хорошим для нее это не кончится.

Ему вообще не следовало приходить сюда этой ночью. Или, если уж пришел, не показываться ей на глаза. Или, если показался, не давать ложной надежды на близость. Или, если не смог удержаться вдали от нее, уж точно не отвечать на это объятие. Все должно было закончиться здесь и сейчас.

Лянь Сун взял ее за руки, чтобы отстранить, но в этот момент Чэн Юй подняла голову. Так близко.

Он снова затаил дыхание.

Казалось, она вот-вот заплачет: кончики бровей, внешние уголки глаз и кончик носа заалели, как цветы вишни. Нежный, свежий румянец – воплощенная красота печали, искусно разлитая по коже белой, точно снег. От ее покрасневшего лица невозможно было отвести взгляд. В Нефритовом пруду рос особый вид лотоса «Танцующая принцесса»: лепестки его были ослепительно белыми, и только кончики красными. Сейчас Чэн Юй была очень похожа на тот цветок. Ее темные глаза, полные слез, таили в себе одиночество и безутешную печаль. Лянь Сун словно заглянул в глубины Сияющего моря.