Книга Желание богов, страница 205 – Тан Ци

Юный бог с сомнением изучил выражение лица владыки, затем неуверенно спросил:

— Так какая же связь между мной и богиней Цзу Ти?

В конце концов, дело произошло двести с лишним тысяч лет назад. Владыка снова погрузился в воспоминания.

— Кажется, она не уточнила.

Принц замер.

— А владыка не спросил?

Тот, само собой разумеется, ответил:

— Меня это никак не касается, зачем спрашивать?

Лянь Сун не нашел что возразить.

— Пожалуй, это так.

Владыка посмотрел на него:

— И у тебя нет никаких мыслей по этому поводу?

Третий принц помолчал. Затем сказал:

— Флейта Беззвучия – прекрасный инструмент. Богиня Цзу Ти создала ее, досточтимая Шао Вань подарила мне… так что… спасибо им?

Верховный владыка кивнул.

— Ладно. Если Цзу Ти действительно возродится, в следующий раз передам ей твою благодарность.

На плоской ледяной вершине поднялась метель. Время наказания приближалось, но владыка в пурпурных одеждах и принц в белом по-прежнему невозмутимо беседовали и играли в вэйци. Третий принц совсем не походил на осужденного преступника.

Два небесных воина, ответственных за исполнение приговора, стояли поодаль. Они хотели напомнить принцу о наказании, но не смели подойти и помешать тем самым Верховному владыке предаваться изысканному времяпрепровождению. Им оставалось лишь мучительно переглядываться и сокрушаться: тяжела их служба, ох как тяжела!

К северу от горы Тяньгуй раскинулось безымянное болото, простирающееся на тысячи ли. То было место, где птицы восьми пустошей меняли оперение.

В белесой дымке неба и земли, среди бескрайних заснеженных топей, время от времени раздавались ликующие крики духовных птиц, успешно сменивших перья. Вместе с этими криками старые перья, подобно снежинкам, кружились в воздухе. И было в этом что-то от печальных стихов, добавлявшее особые краски и звуки этому средоточию безмолвия, покрытому снегом и льдом.

Чэн Юй стояла на самом северном краю болота, всматриваясь в далекие горы. Они напоминали спящего огромного зверя, развалившегося на горизонте. Этим утром, спросив дорогу на краю топей, она получила ответ от птицы чунмин, которая только что сменила перья и пребывала в прекрасном настроении. Птица сказала ей, что впереди виднеются горы Тяньгуй, а на втором пике той гряды как раз и отбывает наказание третий принц Небес, которого она ищет. Если идти строго на север, то даже смертная вроде нее, если будет идти без остановки, доберется до гор за четыре-пять дней и ночей.

Чэн Юй слышала от Чжу Цзиня о птицах чунмин. Этих птиц описывали как благородных и прямодушных божественных созданий. Княжна решила, что такая птица не стала бы лгать.

Еще раз взглянув на величественные далекие горы, Чэн Юй плотнее закуталась в плащ и, не обращая внимания на метель, двинулась на север, следуя указаниям птицы.

То, как смертная княжна оказалась в северных землях мира богов и бессмертных, – долгая история.

В тот день, после того как третий принц покинул малый мир Соло, наставник государства и Тянь Бу быстро вывели Чэн Юй из того пространства и отвезли княжну в Пинъань.

Хотя его высочество, расколов землю и создав море на границе Великой Си и Уносу, устроил землетрясения и обвалы, он вовремя задействовал веер Усмирения зла. Золотые олени, вызванные веером, защитили сушу и воду, так что, кроме реки Цайши, где тряслась земля, в других местах не наблюдали никаких волнений. Не то что в Пинъане, находившемся за тысячу ли от места, где все случилось, – даже в столице Уносу, расположенной всего в сотне ли от них, люди не почувствовали ничего особенного. Лишь на следующее утро, проснувшись, они услышали от вернувшихся, что прошлой ночью явился божественный дракон, который не только похитил невесту четвертого принца, но и создал между Уносу и Си огромное море, разделившее два народа. Теперь Уносу, бывшее сухопутной страной нагорья, в одночасье стало государством приморским… Народ был потрясен, но, поразмыслив, понял, что теперь сможет без ограничений есть дары моря, и в целом воспринял перемены с радостью.