Онлайн книга «Желание богов»
|
Чэн Юй вообще не чувствовала себя сколь-нибудь сопричастной к этому собранию, поэтому, когда начался разбор картин, в отличие от принцесс, готовящихся встретить врага во всеоружии, оставалась равнодушной и отстраненной. Но когда Ляо Пэйин по императорскому повелению приступил к оценке работ, Чэн Юй вновь убедилась в его беспримерной прямолинейности. Пусть перед ним сидели принцессы, родные сестры императора, он и не подумал щадить гордость императорского дома. Оценив около двадцати картин, он выявил великое множество недостатков – то тушь слишком густая, то с тушью порядок, зато непорядок с мазками, то рука живописца нетверда, то избыток чернил заглушает суть. Даже «Осенняя лунная ночь» Яньлань не удостоилась его одобрения. Когда слуги развернули свиток девятнадцатой принцессы, Чэн Юй из любопытства внимательно его рассмотрела. Мазки были изящны и плавны, по густоте тушь легла безупречно. Возможно, достичь такого мастерства она смогла бы лишь спустя три-четыре года тренировок. Но даже эту превосходную, казалось бы, работу Ляо Пэйин рассматривал недолго, а затем вздохнул: — Девятнадцатая принцесса – искусная ремесленница. Яньлань мгновенно побледнела. Слово «ремесленница» задело ее за живое. И все же, несмотря на то что этот маленький чиновник разнес в пух и прах работы десятка принцесс, император нисколько не рассердился, а лишь усмехнулся: — Если ты будешь настолько строг, дражайший Ляо, мои сестры вовсе разочаруются в живописи и завтра же побросают кисти. Как тогда быть? Ляо Пэйин, однако, прямо выразил свое несогласие: — В «Книге ритуалов»[17] сказано: «Осознав недостатки, можно исправить себя». Ваше величество, вы вкладываете столько сил в обучение принцесс живописи именно для того, чтобы они могли увидеть свои недостатки, выправить их и так стать сильнее. Раз вы поручили мне оценить их работы, я не смею льстить или лгать, сводя ваши усилия на нет. Да, я говорю прямо, но уверен: принцессы не перечеркнут из-за этого все старания вашего величества. Император шутливо отругал его: — На все-то у тебя есть ответ! Я сказал тебе слово – ты мне в ответ целую речь! Государь принял из рук евнуха Шэня чашку чая, сделал глоток и будто невзначай добавил: — Ты нашел много изъянов в работах принцесс, и я с тобой согласен. Однако на днях я забрал у Хунъюй несколько ее картин, они мне понравились. Может, ты сможешь и их оценить? Только что очищенный мандарин выскользнул у Чэн Юй из рук и закатился под стол. Она прекрасно знала, каков уровень ее работ. Неужели император решил при всех выставить ее посмешищем? Что она ему такого сделала?! Чэн Юй подперла голову рукой. Да, это будет трудно вынести. Княжна мысленно молилась, чтобы Ляо Пэйин пощадил ее – хотя бы из благодарности за обещанную каллиграфию. Свиток медленно развернули. В беседке вдруг воцарилась гробовая тишина. Рядом раздался сдавленный вздох. Княжна раздраженно подумала: «Неужели все так ужасно? Когда разбирали ваши работы, я хотя бы не ахала!» Прошло несколько мгновений, прежде чем ученый Ляо заговорил. Если прежде он говорил звонко и четко, то теперь бормотал себе под нос, будто не в силах поверить в происходящее: — Мой учитель говорил, что я «одним мазком исчерпываю всю красоту мира». Но сегодня я осознал… Все эти годы я лишь гнался за славой. Если чья кисть и впрямь способна вобрать красоту всего сущего… |