Книга Ты меня бесишь, страница 53 – Екатерина Мордвинцева

— А что случилось?

— Мать выгнала меня, когда дар не проснулся, — горько усмехнулась Лира. — Сказала, что бездарности не нужны. Пришлось выживать, а не звёзды считать.

— Ты до сих пор любишь их? — спросил Дэймон.

— Да, — кивнула она. — Иногда, когда не спится, выхожу на террасу и смотрю. Это успокаивает. Напоминает, что мир больше, чем наши проблемы.

Дэймон посмотрел на неё, и в его глазах было столько нежности, что Лира смутилась.

— Что? — спросила она.

— Ничего, — ответил он. — Просто думаю, какая ты удивительная. И как мне повезло.

Она хотела возразить, но не успела. Потому что он встал, обошёл столик, протянул ей руку.

— Пошли.

— Куда?

— Звёзды смотреть.

Они поднялись на крышу ресторана. Там была смотровая площадка, почти пустая в этот поздний час. Город внизу сиял огнями, но небо над ним было чистым, и звёзды горели ярко, несмотря на световое загрязнение.

Лира запрокинула голову, вглядываясь в знакомые созвездия.

— Вон Большая Медведица, — показала она. — А рядом Малая. А вон там, видишь, яркая звезда? Это Вега.

— Красиво, — сказал Дэймон, но смотрел не на небо, а на неё.

Она почувствовала его взгляд, обернулась.

— Ты не туда смотришь.

— Я смотрю на самую красивую звезду, — ответил он.

И поцеловал.

Этот поцелуй был не похож на предыдущие. Не грубый, не требовательный, не отчаянный. А нежный, долгий, благодарный. Как будто он говорил: «Я здесь. Я с тобой. Я не уйду».

— Я люблю тебя, — прошептал он, отрываясь от её губ.

— Я знаю, — ответила она. — Я тоже.

Домой они вернулись за полночь. Дэймон внёс её на руках в пентхаус, потому что лифт сломался, а идти пешком на 44-й этаж было лень. Лира смеялась, обнимая его за шею, и чувствовала себя абсолютно счастливой.

В прихожей он опустил её на пол, прижал к себе.

— Прости меня, — сказал он. — За всё. За ту ночь, за утро, за то, что я идиот.

— Ты идиот, — согласилась она. — Но мой идиот.

Он улыбнулся, поцеловал её в лоб.

— Я постараюсь быть лучше. Обещаю.

— Я знаю, — ответила она. — Я верю.

Они пошли в спальню — в его спальню, теперь уже общую. Легли, обнялись, и Лира, засыпая, думала о том, что жизнь всё-таки удивительная штука. Ещё месяц назад она была изгоем, которого хотели убить. А сейчас — лежит в объятиях альфы, который любит её. По-настоящему.

— Дэймон, — прошептала она в темноту.

— М?

— Покажи мне как-нибудь настоящие звёзды. Не в городе. Где-нибудь далеко, где их по-настоящему видно.

— Хорошо, — ответил он. — Когда всё закончится, мы уедем. На неделю. Вдвоём.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она улыбнулась и закрыла глаза.

В эту ночь ей снились звёзды. Миллионы звёзд, и среди них — одна, самая яркая. Его глаза.

Утро началось обычно. Дэймон уехал рано — совет альф созвал экстренное заседание где-то на нейтральной территории, и он обещал вернуться только к вечеру. Лира проводила его поцелуем в щёку, пообещала не скучать и осталась одна в огромном пентхаусе.

Она не скучала. У неё были дела. Дэймон оставил ей несколько книг по дарам, и Лира погрузилась в изучение, делая пометки, пытаясь понять, как тренировать свои способности. Дар просыпался, но оставался неуправляемым — то включался сам, когда она меньше всего ждала, то затихал, когда был нужен.

К полудню она почувствовала странное беспокойство. Сначала подумала, что это просто нервы — слишком много информации, слишком много мыслей. Но беспокойство росло, превращаясь в тревогу, а потом в отчётливое чувство опасности.