Книга Бывшая жена дракона. Вернуться по приказу, страница 26 – Майкл Скофилд

Потом ниже:

“Цель первая — стабилизировать замок”.

Еще ниже:

“Цель вторая — узнать правду”.

Она помедлила и добавила третью строку:

“Цель третья — не забыть, что правда не равна прощению”.

За дверью встал стражник. Лиара услышала звон пряжки, короткий кашель, осторожный шаг.

Арден исполнил обещание.

Наконец-то.

Поздно.

Но исполнил.

Лиара посмотрела на браслет.

Тот уже не светился. Просто лежал на подносе — старый, темный, тяжелый.

Она не надела его.

Только открыла верхний ящик стола, положила браслет внутрь и закрыла.

Потом подошла к окну.

Снег расступался перед стеклом, словно кто-то невидимый стоял снаружи и смотрел на нее из белой темноты.

Черный Клык больше не молчал.

Он позвал ее.

Открыл покои.

Вернул браслет.

Показал первую правду.

Лиара положила ладонь на холодное стекло.

— Я помогу тебе, — сказала она тихо. — Но не ради него.

Где-то глубоко под замком глухо ударила магия.

Раз.

Как сердце.

Лиара не отняла ладонь.

— И если ты правда помнишь ту ночь, — добавила она, — покажи мне все.

Стекло под ее пальцами запотело.

На нем медленно проступили три слова.

Не написанные рукой.

Выдохнутые холодом изнутри.

“Начни с Мирены.”

Утро в Черном Клыке начиналось не с колокола.

Оно начиналось с трещин.

Лиара проснулась от тонкого, почти вежливого звука: где-то в стене медленно расходился камень. Не рушился, не осыпался, не кричал бедой. Просто напоминал, что замок жив, болен и больше не собирается скрывать боль.

Она открыла глаза.

Комната была серой от раннего света. Огонь в камине почти погас, оставив багровые угли. За окном метель стихла, но стекло еще хранило след вчерашних слов.

“Начни с Мирены.”

Ночью Лиара долго смотрела на них, пока буквы не растаяли окончательно. Потом пыталась уснуть и не смогла. В чужой-бывшей постели сон приходил кусками: каменный зал, перо в пальцах, лицо Ардена, браслет на подносе, Мирена у двери.

Под утро она все-таки провалилась в темноту.

И теперь замок будил ее, как нетерпеливый больной.

— Я услышала, — хрипло сказала она в пустоту.

Стена у камина тихо щелкнула.

Лиара села и провела ладонью по лицу. Голова была тяжелой, запястье ныло, а в груди сидело неприятное чувство: сегодня от нее потребуют больше, чем вчера.

Не надо было быть прорицательницей, чтобы это понять.

Она поднялась, умылась холодной водой и надела темно-серое платье, найденное в шкафу. Простое, закрытое, без вышивки и родовых цветов. Эльса, видимо, решила не раздражать ее рейнарским серебром. За это Лиара была благодарна.

На столе стоял поднос с остывшим чаем, хлебом, сыром и маленькой банкой ягодного варенья.

Варенье было из северной морошки.

Ее любимое.

Лиара посмотрела на банку слишком долго.

Потом отставила в сторону.

Нельзя позволять прошлому подкупать себя сладким.

Она успела выпить полчашки чая, когда в дверь постучали.

Один удар.

Пауза.

Еще один.

Не Арден. Он стучал иначе — коротко, сдержанно, будто даже у двери требовал дисциплины.

— Войдите.

Дверь открылась, и в комнату заглянула Эльса.

— Доброе утро, госпожа Вейл.

— Доброе ли?

Старая экономка едва заметно улыбнулась.

— Для Черного Клыка уже доброе, если башни на месте.

— Утешительно.

Эльса вошла с кувшином горячей воды и чистыми полотенцами. Поставила их у умывальника, но уходить не спешила.