Книга Мастерская попаданки, страница 68 – Ри Даль

— Это приведёт к катастрофе. Эйру не допустит такого.

— Эйру покинула нас, — возразил Даррен. — В тот самый миг, когда Драконы предали её заветы. Теперь в наших руках остановить надвигающийся конец света. Если мы не остановим Бертрама О’Драйка, поплатимся все.

Старейшины начали переговариваться, их голоса смешались в низкий гул. Братья О’Лири переглянулись, Винард нахмурился, его шрамы на руках казались темнее в утреннем свете. Толпа ждала, их взгляды метались между нами и советом.

Наконец Мойра подняла руку, призывая к тишине.

— Что ты предлагаешь, Волк? — спросила она.

— Объединиться, — сказал Даррен. — Дать отпор Бертраму. Только вместе мы сможем его остановить.

Шивон покачала головой:

— Клан Древа не занимает ничью сторону. Мы лишь охраняем свои границы.

— Времена изменились. Чтобы защитить ваши границы, нужно вступить в это противостояние.

— Даже если ты прав, — сказала Мойра, — даже если мы согласимся с твоим безумным предложением, это будет самоубийство. Клан О’Кранн малочислен. Нам никогда не одолеть О’Драйка.

— Я призову остатки своего клана, — сказал Даррен.

— Твой клан разбит.

— Кое-кто уцелел. Я соберу своих людей, сколько бы их ни было.

— И всё равно это безумие, — не уступала Мойра. — Ты хочешь, чтобы мы заплатили своей кровью за твою месть.

— Это не месть, — возразил Даррен. — Я хочу защитить всех! Каждого, кто здесь стоит, и все остальные кланы! Мы можем попросить помощи у клана МакРонан и клана Ардисейл.

Мойра покачала головой, её губы скривились в горькой усмешке.

— Они далеко, — сказала она. — И они не станут слушать ни меня, ни тем более тебя, Волк.

— Тогда справимся сами, — заявил Даррен.

— Мы не пойдём на это, — отрезала Мойра. — Наша обязанность — оберегать наших людей, а не бросать их в пасть Драконам.

— Но, возможно, есть другой выход, — вдруг сказала Шивон.

Мойра повернулась к ней, её брови приподнялись.

— О чём ты?

Шивон посмотрела на меня, её глаза были глубокими, как воды Кельтского моря.

— Пророчество, — сказала она. — Оно гласит, что банфилия сумеет вернуть равновесие и восстановить Завесу. — Она сделала паузу, её взгляд стал тяжелее. — Скажи, Эйлин Келлахан, так это или нет?

Я замерла, чувствуя, как слова Шивон повисли в воздухе, словно морской туман, густой и непроницаемый. Все взгляды были прикованы ко мне. Медальон на моей груди нагрелся, его тепло пульсировало, словно вторя моему бешено бьющемуся сердцу. Я хотела ответить, хотела сказать что-то уверенное, доказать, что я — та самая банфилия, о которой говорят пророчества. Но внутри всё сжималось от страха и сомнений. Что, если я не справлюсь? Что, если моя сила — лишь тень того, что должна быть у истинной банфилии?

Я сглотнула, пытаясь найти слова, но они застревали в горле, как ком глины, который не хочет принимать форму. Мойра наклонилась вперёд, её пальцы сжали подлокотники резного кресла, и её голос, холодный, как зимний ветер, прорезал тишину:

— Эйлин Келлахан, я жду твоего ответа. Пророчество гласит, что банфилия восстановит Завесу. Если ты та, о ком говорят звёзды, докажи это. Или твои слова — лишь пустой шёпот ветра?

Я опустила взгляд. Глянула на Люсин. Её глаза, такие ясные, такие полные веры, смотрели на меня с надеждой. Она верила в меня, даже если я сама не могла поверить в себя. Даррен стоял рядом, его плечи расправлены, взгляд твёрдый, и я знала, что он тоже ждёт моего ответа.