Книга Мастерская попаданки, страница 75 – Ри Даль

Духи не останавливались. Их вой становился громче, их формы сливались в сплошную стену тьмы, окружая нас. Даррен, тяжело дыша, прыгнул на ещё одного, но я видела, как его движения замедлялись. Он был ранен, и даже его волчья сила не могла противостоять бесконечному потоку врагов. Один из них, огромный, с глазами, как две багровые луны, возвысился над нами, его когти поднялись для смертельного удара.

Я закричала, бросаясь к Даррену, но было слишком поздно. Дух обрушился на нас, и я почувствовала, как его холод проникает в меня, как моя жизнь угасает. Даррен рванулся ко мне, его тело закрыло меня от удара, и я услышала его сдавленный рык, когда когти духа вонзились в его бок. Он рухнул на меня, его тёплая шерсть прижалась к моей груди, и я почувствовала, как его кровь капает на мои руки.

— Нет… Даррен, нет!

Мой голос сорвался, слёзы текли по щекам. Я обняла его, чувствуя, как его дыхание становится слабее. Духи окружили нас, их вой слился в оглушительный хор, и я поняла, что это конец.

Мы не справимся. Я не справлюсь.

И в этот момент я услышала голос — не в ушах, а где-то внутри, глубокий и мягкий, как шёпот моря:

— Эйлин, дочь моя, ты — банфилия. Мой голос. Успокой их гнев. Верни равновесие.

Это была Эйру. Её сила текла через меня, наполняя моё тело теплом, разгоняя холод. Мой медальон вспыхнул ярким светом, и слова, которых я никогда не знала, но которые, казалось, были высечены в моей душе, хлынули из меня, как песня:

— Эйру, услышь свою дочь! Духи Другого мира, рождённые разломом Завесы, внемлите мне! Ваш гнев — эхо предательства. Именем моря, что поёт, и ветра, что шепчет, я повелеваю: вернитесь в покой, растворитесь в тенях, дайте миру исцелиться!

Слова эхом разнеслись по лесу, и мой медальон засиял ярче, чем звёзды. Свет хлынул из него, как волна, разрывая тьму. Духи взвыли, их формы начали дрожать, растворяться под напором сияния. Их алые глаза гасли, когти и крылья распадались в пепел. Один за другим они отступали, их вой превратился в слабый шёпот, уносимый ветром, пока лес не затих, и только треск ветвей под порывами ветра нарушал тишину.

Я опустилась на колени рядом с Дарреном. Его золотые глаза встретились с моими, и я почувствовала, как слёзы снова текут по моим щекам.

— Ты спас меня, — прошептала я, гладя его шерсть.

Его дыхание было слабым, но он медленно поднял голову, и я знала, что он всё ещё борется. Эйру дала мне силу успокоить духов. И я не позволю Даррену уйти.

Я сидела на коленях рядом с Дарреном, его тяжёлое дыхание эхом отдавалось в моём сердце. Лес вокруг затих, словно сама Эйру выдохнула, уводя духов обратно в их тени. Мой медальон всё ещё пульсировал, но теперь это было не жгучее тепло, а мягкое, успокаивающее сияние, будто богиня шептала мне: «Ты справилась, дочь моя». Я чувствовала её присутствие — не просто как далёкий голос, а как часть себя, как кровь в моих венах. И больше не сомневалась. Я — банфилия. И, возможно, то, что я сделала с духами, было лишь крупицей того, на что я способна.

Даррен лежал передо мной, его волчья форма всё ещё истекала кровью. Глаза были полузакрыты. Руки мои дрожали, но я прижала их к его раненому боку, чувствуя, как тёплая кровь пропитывает мои пальцы. Заклинание пришло само, как будто Эйру вела мои слова: