Книга Развод с драконом. Пансион для проклятых наследниц, страница 3 – Лилия Карниенко

Старейшина улыбался. Почти ласково.

— Вы желаете возразить?

Вот оно.

Ей давали возможность унизиться красиво.

Сказать, что она любит мужа. Попросить время. Объяснить, что старалась. Напомнить Каэлу о ночах ожидания, о письмах, которые он не читал, о пустых покоях, о каждом празднике, где она стояла одна под взглядами его рода.

Виона почувствовала, как слова поднимаются к горлу.

«Каэл, почему?»

«Что я сделала?»

«Ты же обещал…»

Нет.

Она сомкнула пальцы.

Брачный перстень резанул холодом.

Не плакать.

Не просить.

Не становиться зрелищем.

— Нет, — сказала Виона.

Её голос прозвучал тише, чем голос Каэла, но зал услышал.

Шёпот стих.

Каэл наконец повернул голову.

Их взгляды встретились.

На одно мгновение в его глазах что-то дрогнуло. Не боль. Не сожаление. Слишком мало для сожаления. Скорее — резкая тень, похожая на предупреждение.

Молчи.

Или: прости.

Она не стала угадывать.

— Нет? — переспросил лорд Вейр.

— Я не желаю возражать, — сказала Виона ровно. — Совет уже принял решение до того, как меня пригласили в этот зал.

Несколько человек резко вдохнули.

Белокурая Эльмар чуть приподняла брови.

Каэл едва заметно напрягся.

А Виона впервые за вечер почувствовала не страх.

Ярость.

Чистую, холодную, почти спокойную.

Она обожгла не хуже драконьего пламени, но не разрушила её. Наоборот — выпрямила спину, подняла подбородок, заставила сердце биться ровнее.

Лорд Вейр перестал улыбаться.

— Осторожнее, леди Сайрен.

Уже Сайрен.

Как быстро они сняли с неё имя мужа.

— Я осторожна, милорд, — ответила Виона. — Именно поэтому не стану изображать удивление.

По залу прошла новая волна шёпота.

Каэл сделал шаг к ней, но остановился. Будто между ними выросла невидимая стена.

Виона вдруг подумала: вот теперь он смотрит.

Когда поздно.

— Брачный перстень, — сухо сказал лорд Вейр.

К ней подошёл распорядитель Совета — молодой мужчина с безупречно пустым лицом и серебряной подушечкой в руках.

Виона посмотрела на кольцо.

Снять его оказалось труднее, чем она думала.

Не потому, что пальцы дрожали. Они не дрожали. Она запретила им.

Просто перстень за три года стал частью образа, роли, надежды. Его знали слуги. Его замечали гости. Его целовали старшие дамы рода Арден в дни торжеств. По нему её впускали в закрытые галереи. По нему она проходила туда, где раньше её бы не заметили.

Теперь кольцо соскользнуло с пальца удивительно легко.

Будто только и ждало свободы.

Виона положила его на подушечку.

Зал молчал.

В этом молчании было больше жестокости, чем в смехе.

Распорядитель отошёл к Каэлу.

— Генерал Арден, — сказал лорд Вейр.

Каэл снял своё кольцо без паузы.

У Вионы внутри что-то оборвалось.

Глупо. Она же знала. Она всё уже поняла. Но последняя надежда, маленькая, жалкая, упрямая, всё равно жила где-то под сердцем.

Может, он остановится.

Может, скажет, что это ошибка.

Может, посмотрит на неё так, как смотрел в первый год брака, когда она ещё верила, что его молчание — это сдержанная нежность, а не пустота.

Каэл положил кольцо рядом с её перстнем.

Два ободка золота коснулись друг друга.

Камень в её кольце окончательно погас.

— Совет признаёт брак генерала Каэла Ардена и Вионы Сайрен завершённым, — произнёс лорд Вейр.

Виона не сразу поняла, что он исказил её имя.

Не Виона.

Винона.

Так называла её мать Каэла, когда хотела подчеркнуть, что не считает нужным запоминать правильно.