Книга Развод с драконом. Пансион для проклятых наследниц, страница 49 – Лилия Карниенко

— Боюсь, — сказала Виона. — Но не тебя.

Мира закрыла глаза.

И впервые сама кивнула.

— Я попробую выйти.

— Этого достаточно.

— Но перчатки не сниму.

— Значит, не снимешь.

Девочка кивнула ещё раз.

Только вечером, когда в кладовой Дома Первого полёта нашли старые платья, пансион впервые за много лет заговорил не шёпотом.

Кладовая находилась за учебной комнатой, которую Агата называла «малой синей». Там когда-то, до всех серых приказов, девочки изучали родовые знаки. На стенах ещё сохранились выцветшие рисунки крыльев: разные формы, линии, изгибы, подписи к дарам и домам-защитам. Сана и Тиша сразу начали спорить, у какого крыла красивее изгиб. Лира заявила, что у того, которым удобнее стукнуть по голове. Агата сделала вид, что не услышала.

Платья лежали в длинных сундуках.

Синие.

Серебряные.

Тёмно-зелёные.

Некоторые простые, учебные, с прочной тесьмой по вороту и рукавам. Некоторые — наряднее, но без придворной вычурности. На каждой подкладке была вышита маленькая эмблема: крыло без цепи.

Когда Нола увидела вышивку, она потрогала её двумя пальцами.

— Это можно носить?

Агата ответила не сразу.

— Когда-то для этого и шили.

— Для нас?

— Для таких, как вы.

— Значит, для нас, — решила Лира и тут же вытащила платье, которое оказалось ей явно велико. — Отлично. В нём можно спрятать три книги и одну Сана.

— Почему меня? — возмутилась Сана.

— Потому что Тиша не поместится, у неё совесть больше.

— У меня тоже большая совесть!

— Она просто быстрее придумывает, — напомнила Тиша.

Виона смотрела, как девочки перебирают ткани, и чувствовала, что горло предательски сжимается.

Не из-за платьев.

Из-за того, как осторожно они радовались.

Будто радость тоже могла оказаться ловушкой.

Пелла прижала к груди серебристую ленту и спросила:

— Это точно нам?

— Точно, — сказала Виона.

— А потом не заберут?

— Нет.

— А если испачкаем?

Агата открыла рот, видимо, чтобы произнести что-то привычно строгое, но остановилась.

Виона ответила первой:

— Тогда постираем.

Пелла смотрела на неё так, будто это была самая невероятная милость в мире.

Каэл появился на пороге кладовой ближе к ночи.

Без меча. В тёмной рубашке с закатанными рукавами, на ладони всё ещё виднелся серый след от контура. Он остановился, явно не ожидая увидеть такое количество ткани, девочек, лент и Лиру, стоящую на табурете с мерной тесьмой на шее.

— Вы заняты, — сказал он.

— Мы спасаем империю платьями, — сообщила Лира. — Не мешайте.

— Не планировал.

Нола тут же строго спросила:

— Защитный контур проверен?

Каэл посмотрел на неё.

— Проверен.

— Он стабилен?

— До завтра вечера — да.

— А потом?

— Потом проверим снова.

Нола удовлетворённо кивнула.

— Хорошо. Можете стоять.

Каэл перевёл взгляд на Виону.

Впервые за день в его глазах появилось что-то почти беспомощное.

Виона пожала плечом.

— Ты сам сказал ей правду. Теперь она будет требовать отчётов.

— Я заметил.

Он подошёл ближе и протянул Вионе сложенный лист.

— Список гостей, которые точно приедут.

Она взяла лист.

— Уже?

— Новости о твоём открытом вечере разошлись быстрее приглашений.

— Прекрасно.

— Не совсем. Приедут не только местные дома. Лорд Вейр направил старейшину от Совета.

Виона подняла взгляд.

— Сам не поедет?

— Нет. Пришлёт того, кто умеет признавать документы недействительными, не повышая голоса.