Книга Фейридейл, страница 260 – Вероника Ланцет

— Покажи мне, – хрипит он. – Покажи, что скрывается в твоей прелестной головке.

На моих губах появляется коварная улыбка, и я продолжаю водить ладонями по его твердой груди.

— А ты сам как думаешь? – спрашиваю я, соблазнительно растягивая слова.

Я только прижимаюсь щекой к брюкам, ластясь к этой части его тела и вдыхая мускусный аромат, такой мужской и такой упоительный, а уже чувствую себя на грани. Но это все для него – всегда только для него.

Я слишком долго представляла этот момент. После того как увидела восхищение в его глазах, когда он рисовал меня, находясь глубоко внутри, я поняла, что хочу приготовить особый подарок ко дню его рождения – единственному дню, когда удовольствие будет получать только он.

Приоткрыв рот, я слегка посасываю головку поверх ткани, прежде чем обвести языком ее очертания.

Амон сдавленно шипит и опускает веки. Переложив карандаш в другую руку, запускает пальцы в мои волосы, массируя кожу головы и безмолвно направляя мои движения.

— Сегодня именно я буду поклоняться тебе, – шепчу я, глядя на него снизу вверх. Позволяю ему увидеть в моих глазах неприкрытую жажду и то, как я сгораю от желания ласкать его и дарить удовольствие.

— Лиззи, – хрипит Амон, едва сдерживая ругательство, и судорожно ловит ртом воздух. – Ты же знаешь, что не должна…

— Ш-ш-ш. – Я хватаюсь пальцами за резинку его брюк, чтобы стянуть их вниз. – Все, что доставляет удовольствие тебе, приносит удовольствие и мне, – нежно шепчу я.

Наконец его член высвобождается, ударяясь о голый живот, и Амон издает резкий стон. Я облизываю губы, чувствуя, как внизу живота скапливается желание, и беру его в рот.

Он такой красивый. Такой мужественный. И весь мой.

До сих пор не перестаю удивляться тому, что этот мужчина – мой. Что я могу к нему прикасаться, целовать и дорожить им. Он только мой, всегда будет только моим.

Его мышцы напрягаются, и в тот же миг член дергается, а на кончике выступает смазка. Кольцо поблескивает в тусклом освещении, и это свидетельство его вечной преданности каждый раз неизменно возбуждает меня. По всему телу разбегаются мурашки, а внизу живота все сладко сжимается от осознания его любви ко мне.

Не теряя ни секунды, я обхватываю его руками и легко провожу пальцами по всей длине, снова и снова поражаясь бархатистости кожи и исходящему от него жару.

Как и прежде, я прижимаюсь щекой к его возбужденной плоти, скользя своей кожей по его, и снова вдыхаю мускусный аромат.

Я продолжаю ласкать его член, отчего его тело сотрясается от легкой дрожи, а дыхание учащается.

— Ах, Лиззи. Моя прекрасная Лиззи, – снова и снова срывается с его губ. Он гладит меня по голове, перебирая пальцами волосы.

— Мне нравится чувствовать тебя, Амон, – шепчу я, прикасаясь губами к его коже и оставляя на ней дорожку благоговейных поцелуев. – Видеть. Вдыхать. Все в тебе.

Амон стонет, когда я добираюсь до головки и слизываю языком выступившую влагу.

— Черт, Лиззи, – шипит он, пока я ласкаю его медленными и выверенными движениями, зная, что именно так доведу его до предела. – Стоит мне ощутить твои губы на члене, и я уже готов кончить, – хрипло говорит он. – Но когда твой прелестный ротик заглатывает мой член, я, черт возьми, кончаю.

— Не так быстро, – дерзко отвечаю я, подмигивая ему.