Книга Фейридейл, страница 269 – Вероника Ланцет

— Звучит потрясающе. Я так горжусь тобой, тем, как ты все продумал, – с нежностью хвалю его, чувствуя, как мое сердце трепещет в груди.

Боже милостивый, мой сын собирается жениться и переехать в собственный дом. Поверить не могу, что годы пролетели так быстро.

— Если тебе понадобится любая помощь, ты ведь знаешь, что можешь на нас рассчитывать, верно? И я не только о деньгах. Абсолютно во всем, – заверяю я его.

Авраам широко улыбается.

— Конечно, знаю, мама. Я люблю тебя, – говорит он мне и крепко обнимает.

Я едва сдерживаю слезы.

— Я тоже люблю тебя, сынок. Ты – моя радость.

Мы продолжаем танцевать и болтаем о всяких пустяках, намеренно уходя от серьезных тем и предаваясь всеобщему веселью. Но тут я случайно замечаю Авеля на другой стороне площади, увлеченного разговором с каким-то мужчиной.

— Ты знаешь, с кем говорит Авель? – спрашиваю я у Авраама.

Он поворачивается, чтобы посмотреть в сторону Авеля, и хмурится.

— Разве это не сын мэра?

— Правда? Я его не узнала, – рассеянно отвечаю я.

Я и не подозревала, что Авель общается с кем-то в городке, и все же радуюсь, что у него появились друзья.

Едва первый танец заканчивается, как Авраам хватает Диди в объятия и кружит в такт музыке, а я с вызовом подмигиваю Амону.

Но как только он подходит ко мне, Авель тоже оказывается рядом.

— Не окажешь ли ты честь потанцевать со мной? – спрашивает он у меня.

Амон поджимает губы, но ободряюще кивает мне. Вероятно, он, как и я, заметил, что Авель впервые сам идет на контакт, поэтому не стоит ему отказывать.

Амон отступает, наблюдая за нами словно ястреб, пока Авель ведет меня на импровизированный танцпол в центре площади.

— Мы все удивились твоему приезду, – начинаю я, пытаясь растопить лед между нами.

Его лицо напряжено, а он сам словно окаменел. Авель смотрит на меня сверху вниз, и уголки его губ изгибаются в едва скрываемой усмешке.

— Да вот, решил приехать, – пожимает он плечами.

— Авель… – Я делаю глубокий вдох. – Знаю, мы не всегда хорошо ладили, но ты ведь понимаешь, что всегда можешь на нас рассчитывать. Я сказала то же самое и твоему брату. Не имеет значения, переедешь ли ты или заведешь собственную семью. Мы всегда будем рядом.

— И мой бесхребетный братец, конечно же, согласился? Он такой слабак, что даже думать не может самостоятельно без дорогого папочки.

— Авель! – Я широко раскрываю глаза, шокированная его словами. – Как ты можешь говорить такое о брате?

— Потому что это правда. Я не виню Лидию – она еще так мала, но вам двоим удалось настроить против меня моего собственного брата.

— Ты… ты обвиняешь нас в том, что мы настроили Авраама против тебя? Ради всего святого, как подобная мысль вообще пришла тебе в голову? Мы никогда не делали ничего подобного. Напротив, всегда старались быть рядом…

— Прекрати нести чушь, мамочка, – огрызается он, и злость искажает его лицо. – Думаешь, я ничего не знаю? Не знаю твоего секрета?

— Что… о чем ты говоришь? – спрашиваю я дрожащим голосом.

Авель внимательно изучает меня, и его верхняя губа подергивается.

— Я прожил с тобой десять лет, и за все это время на твоем лице не появилось ни единой морщинки. Твой муж, кстати, тоже ничуть не постарел, несмотря на седые волосы. Ему, должно быть, уже за сорок, тогда почему он выглядит не старше двадцати пяти?