Книга Фейридейл, страница 411 – Вероника Ланцет

— Я чудовище, Села. Тот, кто брезгует даже смотреть на собственное отражение в зеркале. Я не вынесу, если увижу ту же реакцию в твоих глазах.

— Так вот какого ты обо мне мнения? – шепчу я; его слова больно ранят меня в самое сердце.

— Нет, нет, – яростно отрицает он. – Я вижу себя таким, – тихо признается он. – Проблема во мне. Не в тебе.

— Покажи мне, – снова требую я.

Если он не доверяет себе, значит, я буду доверять ему ради нас обоих.

Амон зажмуривается и сокрушенно выдыхает.

— Как пожелаешь. – Он наклоняет голову.

Я с трудом сглатываю, наблюдая за медленным превращением.

Когда он снова открывает глаза, они уже полностью черные, а радужка заполнена мутной смесью белого и красного. Чернота проступает сквозь кожу, окрашивая ее по мере того, как его тело увеличивается.

Он и раньше был выше двух метров, но сейчас его размеры просто поражают. Он становится все массивнее, его грудь расширяется, а мускулы набухают под кожей, наливаясь новой мощью. Рубашка на нем рвется, и обрывки ткани падают на пол. То же происходит и с брюками – швы с треском расходятся под натиском растущих мышц.

Все в нем становится больше, включая член. Полувозбужденный и свисающий между ног, он уже почти удвоился в размерах.

Из кончиков пальцев прорезаются длинные и острые когти.

И наконец, из его поясницы вырывается хвост; он неистово извивается в воздухе, прежде чем обвиться вокруг ноги. Он длинный и толстый, с широким ребристым кончиком.

Облизнув губы, я с благоговением смотрю на него.

В тот единственный раз я видела его издалека и не смогла как следует оценить его размеры.

И он… поистине великолепен.

Сделав неуверенный шаг вперед, я прижимаю ладонь к его груди, и когда наша кожа соприкасается, по телу пробегает искра.

Мои глаза расширяются от удивления.

Амон тоже это чувствует, потому что приподнимает брови и с любопытством смотрит на меня.

— Прочти мои мысли, – говорю ему, полностью открывая свой разум, чтобы показать ему, что я на самом деле о нем думаю.

— Ты уверена?

Я киваю.

— Я хочу, чтобы ты увидел все, Амон. Все, что я к тебе чувствую. Твой облик меня ничуть не пугает и не вызывает отвращения. Напротив. – Я делаю паузу, чувствуя, как щеки заливаются румянцем. – Ты кажешься мне невероятно привлекательным.

Может, все дело в нашей связи, а может, он так влияет на мои чувства, но, боги, он совершенно неотразим.

Мое тело мгновенно отзывается на его близость, желание внутри нарастает, и лоно тут же начинает истекать влагой. Соски твердеют при одной лишь мысли, как его острые ногти будут касаться меня, царапать и впиваться в мою кожу. Странно, но во мне нет ни тени страха, что он причинит мне боль. Напротив, я даже приветствую ее.

— Села, – рычит Амон, и его глубокий низкий голос пронизывает все мое существо.

Я открываю разум, позволяя ему увидеть каждую мою мысль. Показываю, какие чувства он во мне пробуждает независимо от его формы. Что он возбуждает меня в любом облике и что я умру, если он не овладеет мной прямо здесь и сейчас. Но я также показываю ему и иную грань своего желания – то, как сильно хочу, чтобы он взял меня жестко и быстро, не думая о последствиях. Я хочу удовольствия, боли и всего, что он может мне дать, потому что, даже если он ранит меня, я всегда смогу исцелиться.