Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 229 – Леси Филеберт

Я тяжело вздохнула, уселась на краешек стула, кивнула.

И начала рассказывать.

* * *

Я рассказала всё, как на исповеди.

Сидела и комкала в пальцах край своей рубашки, смотреть на Лукаса не могла. Просто не могла поднять глаза: слишком страшно было увидеть в них осуждение, или злость, или, хуже того, разочарование.

Поэтому смотрела куда-то в сторону камина, на пляшущие языки пламени, и говорила, говорила... Говорила обо всём.

О том, как ехала в поезде, который кто-то телепортировал непонятно куда. О том, как поняла, что оказалась в Валтарии, и не смогла вернуться домой. О бесчинствах Верховного Воеводы: я видела это своими глазами, видела, как он безжалостно превращал людей в ледяную крошку.

Голос срывался, когда я рассказывала про жертвы в поезде, как сама спаслась благодаря полуобороту в дракона. Про то, как смогла бесшумно сбежать, как нырнула в реку и долго плыла в ледяной воде. Про то, как случайно вышла на Полигон Смерти, как столкнулась с Лукасом и решила его разморозить, как придумала легенду про своё происхождение и всё остальное. Рассказала про Зигорру, про то, что мы — одно целое, дракон и человек, и что я всю жизнь училась контролировать свою вторую сущность. Про сферы, про тренировки, про то, как бои с двойником помогли мне, наконец, обрести этот треклятый контроль, как я психанула, осознав, что Лукас без меня погибнет на этом дурацком Божественном Суде, потому что грифоны летят в мою сторону, как мотыльки — на свет...

Когда договорила, в комнате стало очень тихо, только треск дров в камине и моё собственное дыхание нарушали тишину. Я судорожно втянула носом воздух, не зная, что еще сказать.

Лукас молчал.

Я не смела поднять на него глаза. Сидела, сцепив руки в замок так, что костяшки побелели, и ждала. Секунды тянулись бесконечно долго, превращаясь в минуты.

Одна минута.

Две.

Три.

Четыре...

Пять.

Я чувствовала его взгляд — прожигающий, тяжёлый, Лукас не сводил с меня глаз всё это время. Но что было в этом взгляде? Гнев? Разочарование? Отвращение? Я не знала, потому что боялась посмотреть.

В конце концов, тишина стала невыносимой, и я заставила себя поднять голову.

Лукас сидел в своём кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на меня. Его лицо было абсолютно непроницаемо: каменная маска, за которой невозможно угадать ни одной эмоции.

Я сглотнула комок в горле.

— Ты так многозначительно молчишь... — произнесла я, и голос предательски дрогнул.

Он моргнул. Один раз. Медленно.

— Я в шоке, — произнес он наконец. — А ещё я думаю.

Я облизнула пересохшие губы.

— О чём?

— Думаю о том, какой я, оказывается, восхитительный идиот, — медленно протянул он. — В своей святой уверенности, что никакая принцесса, тем более лакорская, не попрётся на Полигон Смерти и никогда в жизни не сможет его пройти...

Я нервно улыбнулась.

— Ну... Я вообще — та ещё ненормальная.

— Это я уже понял, — хмыкнул он. — С того самого момента, как увидел тебя на Полигое Смерти в потрясающем ледяном одеянии.

Я неуверенно повела плечом и нервно выдохнула.

Кажется, меня не собирались прибивать на месте. Пока что...

— Бедная... — тихо произнес Лукас. — Сколько же тебе пришлось пережить...

Я всхлипнула и снова потупила взгляд, часто-часто моргая, прогоняя непрошеные слёзы. Только не разреветься бы сейчас, только не разреветься...