Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 86 – Леси Филеберт

Что ж... Лучше такой союзник, чем никакого. Даже если этот союзник считает тебя полным недотепой.

Вздохнув, я кивнула Лукасу и начала осторожно карабкаться к нему.

* * *

Взбираться по обледенелой черепице, пытаясь сохранить остатки достоинства, — это то еще испытание. Я ползла вверх, цепляясь за любые выступы, и проклинала длинную ночную сорочку, которая путалась под ногами и мешала ползти быстрее. Каждый мой шаг сопровождался мысленными ругательствами и скользящими ногами, я чувствовала на себе изучающий взгляд Лукаса и, как мне казалось, — насмешливый взгляд его пернатой сообщницы.

И вот, когда до подоконника оставался один шаг, моя нога на особо скользком участке крыши решила, что с нее хватит. Нога поехала в сторону, и я, описав в воздухе неуклюжий пируэт, почувствовала, как земля уходит из-под ног...

Сильная рука схватила меня за запястье, рывок — и меня вытянули наверх так стремительно, что я не успела даже вскрикнуть. Секунда — и я обнаружила, что уже сижу на подоконнике, остановившись в паре сантиметров от Лукаса. Он не отпускал мою руку и стоял так близко, я касалась его коленями и могла пересчитать каждую ресницу, разглядеть золотые искорки в его желтых глазах. Его теплое дыхание касалось моих губ.

— Знаете, мисс Винтер, — голос низкий и насмешливый. — Я, конечно, пользуюсь определенной популярностью в академии, но, признаться, еще ни одна девушка не попадала ко мне в спальню столь экстремальным и изощренным способом. Я впечатлен.

— А вы считаете, что это было попыткой попасть к вам в спальню? — я высокомерно вздернула подбородок.

— Нет, что вы. У вас для наглой особы, решившей меня покорить, слишком перепуганный взгляд, как у птицы, попавшей в лапы хищника.

Я фыркнула и выдернула свою руку из цепкой хватки Лукаса, демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди.

Хищник тут нашелся, ишь.

Его губы дрогнули в улыбке.

— Полагаю, после такого акробатического номера вам не помешает согреться. Проходите, налью вам горячий чай.

— О, нет, спасибо, мне совсем не холодно! — начало было я, но тут же заткнулась.

Мне действительно было тепло, но это в Лакоре моя морозоустойчивость была нормой, а здесь, в Валтарии, я, по идее, должна была дрожать от пронизывающего ветра, прогуливаясь в одной сорочке на морозе.

— Не скромничайте, мисс Винтер. Вы только что провели далеко не пару минут на ледяной крыше, конечно, вы замерзли, и вам нужен горячий чай. Я настаиваю.

Он произнес это с такой безапелляционностью, что спорить было бесполезно, так что я кивнула и соскользнула с подоконника, с интересом оглядывая кабинет Лукаса.

Если сама академия была воплощением готического надмения — высокие потолки, от которых веяло вечным холодом, мрачные стены из черного камня, украшенные ликами давно почивших магов, смотрящих на тебя с немым укором, — то эта комната была его полной противоположностью.

В большом камине весело потрескивали поленья, пламя отбрасывало на стены пляшущие тени, которые играли на поверхности массивного письменного стола, заваленного бумагами и книгами.

На каминной полке стояли старинные круглые часы и пара подсвечников с оплывшими свечами, чей воск застыл причудливыми наплывами, похожими на слезы. Рядом — рамка с фотографией красивой женщины с темными волосами и пронзительными глазами. Мать Лукаса? Сестра? Черты лица были слишком схожи с ним, та же гордая линия бровей, тот же уверенный изгиб губ.