Книга Пекарня маленьких чудес, страница 60 – Виктория Дениз

Она попыталась испечь "Хлеб новой надежды" — тот, что помогал людям, пережившим потерю. Отмерила муку, добавила воду, соль, мед, щепотку корицы. Замесила тесто, оставила подниматься.

Но тесто поднималось медленно, неохотно. Когда Лина сформировала буханку и поставила в печь, она снова не почувствовала привычного тепла, разливающегося по рукам. Не увидела, как хлеб начинает светиться изнутри.

Хлеб испекся. Выглядел обычно — румяная корочка, приятный запах. Но когда Лина разрезала его, внутри не было того особенного свечения, той магической текстуры.

Это был просто хлеб. Обычный, вкусный, но не целебный. Она попыталась испечь заново, однако особых ощущений по-прежнему не было.

Миссис Коллинз забрала хлеб, но на следующий день вернулась:

— Лина, я не понимаю. Дочь съела хлеб, но ничего не изменилось. Она все так же плачет, все так же не хочет жить. Может, нужно что-то другое?

Лина почувствовала, как внутри все сжимается от стыда и страха:

— Я... я попробую другой рецепт. Простите.

Когда женщина ушла, Лина закрыла пекарню и села на пол прямо посреди кухни. Руки тряслись, в глазах стояли слезы.

Магия исчезла. Та самая магия, которую передала Марта, которая помогала людям, которая делала ее жизнь осмысленной, исчезла.

Следующим был мистер Хендерсон. Он попросил хлеб для внука, который боялся идти в школу после травли одноклассников.

Лина пекла "Хлеб храбрости" — с тмином и семенами подсолнечника, с добавлением меда и щепотки морской соли. Тесто месилось тяжело, не отзывалось на ее прикосновения. Выпечка получилась вкусной, но обычной.

Мистер Хендерсон вернулся через три дня:

— Не помогло. Мальчик все так же боится, плачет по утрам, не хочет выходить из дома. Может, хлеб был не тот?

— Может быть, — тихо сказала Лина. — Простите.

Потом пришла Сара — молодая мама, чей ребенок плохо спал по ночам. Потом Томас — рыбак, потерявший лодку в шторме и не находящий сил снова выйти в море. Потом Эмма — юная девушка, которая не могла простить отца за уход из семьи.

Лина пекла для всех. Старалась вложить всю душу, все силы, всю любовь. Но ничего не работало. Хлеб получался вкусным, свежим, ароматным — но не магическим.

Люди возвращались расстроенными, недоумевающими. Некоторые сердились, другие просто грустили. Лина извинялась, возвращала деньги, чувствуя, как с каждым разом внутри растет пустота.

Неделю спустя Лина сидела на кухне пекарни, уставившись на мешок с мукой. Телефон лежал рядом — без звонков от Эйдана. Они почти не разговаривали последние дни. Он был занят работой и встречами с Чарли. Она была занята попытками вернуть магию. Безуспешными попытками.

Дверь открылась. Вошла Ева, с пакетом продуктов в руках:

— Я принесла тебе поесть. Ивонна говорит, ты не ешь уже три дня.

— Не хочется.

— Лина, ты не можешь так. Ты исхудала, побледнела. Выглядишь, как привидение.

— Чувствую себя так же.

Ева поставила пакет на стол, села напротив:

— Расскажи. Что происходит?

И Лина рассказала. Про миссис Коллинз, про мистера Хендерсона, про всех остальных. Про то, как магия исчезла, как хлеб перестал помогать людям, как она чувствует себя обманщицей.

— Я потеряла дар, — закончила она, и голос дрожал. — Марта передала мне магию, а я... я растратила ее. Потеряла. Не смогла сохранить.