Книга Лотос и роза, страница 62 – Марья Зеленая

Быть может, когда-нибудь они встретятся снова. При других обстоятельствах. И тогда Лян напомнит ему об этом дне.

Но сейчас он просто понес ящик дальше.

Когда стемнело, фаньгуй наконец велел прекратить работу.

— Хватит на сегодня. Завтра еще давай приходи, понял, а?

Он выдал работникам по связке медных монет на шнурке. Лян взял свою, взвесил в руке — жалкая плата за целый день каторжного труда — и вышел со склада вместе с остальными.

* * *

Лампа коптила и чадила, тени дрожали в углах. Лян сидел за низким столиком и писал донесение.

Глаза слипались. Спина ныла. Но кисть двигалась уверенно, ровно — сказывались уроки каллиграфии в детстве под руководством отца. Иероглифы ложились на бумагу — четкие, аккуратные.

Количество оружия… График охраны…

Слабое место: задняя стена. Старая, в трещинах. Можно разобрать тихо ночью, если действовать осторожно.

Отправка: через пять дней. Речным транспортом вверх по Янцзы, к фронту под Сучжоу.

Рекомендация: атаковать во время погрузки на джонки. Груз будет уязвим, охрана рассредоточена. Если действовать быстро, можно захватить оружие до того, как подоспеет подкрепление.

Лян отложил кисть. Посмотрел на исписанные листы. Чжан будет доволен. Небесная Столица получит важную информацию. Может, это действительно изменит ход битвы под Сучжоу?

Долг перед тайпинами выполнен.

Но другой долг...

Лян свернул донесение, спрятал под половицу у окна — тайник, о котором знал только он и дядя Вэнь. Утром старик передаст бумаги Чжану.

Выпрямился. Посмотрел в темное окно. До рассвета еще далеко. Тело кричало от усталости, но второй долг не давал отдыхать.

Лян спустился по скрипучей лестнице тихо, чтобы не разбудить дядю Вэня. Вышел на улицу. Ночь была беспросветно черной — ни луны, ни облаков.

Час Тигра. Самое темное время перед рассветом. Город спал мертвым сном.

Скоро Лян был у дома Кэрроу. Бесшумно перемахнув через изгородь, двинулся по саду на ощупь. Подошел к каменному льву. Рядом — горшок с азалиями, едва различимый в темноте.

Лян наклонился, приподнял горшок.

Там лежал сверток.

Сердце ударило сильнее. Лян быстро сунул сверток за пазуху и опустил горшок. Достал из рукава маленький белый камень. Положил рядом на влажную землю. Она увидит утром. Поймет.

Теперь нужен свет. В такой темноте не прочитать.

Выбравшись из сада, Лян вышел на набережную. Вода плескалась о камни — тихо, мерно. Ближайший сампан стоял вплотную к причалу. На корме висел бумажный фонарь, раскачиваясь от ветра. Тусклый свет, но достаточный.

Лян развернул записку. Аккуратный женский почерк. Местами чернила чуть расплылись, будто рука дрожала.

«Рейд одобрен полковником Стивенсом. Выделят отряд через 1-2 недели, точный срок зависит от других операций. Название деревни неизвестно. Склад для женщин пока не найден, ищет. Корабль отплывает в Сингапур через месяц. Продолжаю искать».

Разочарование ударило ножом под ребро. Нет самого главного — названия деревни. Без этого вся информация бесполезна. Как предупредить, не зная куда идти?

Но следом пришло облегчение. Она пытается. Не отказалась, не испугалась, не решила, что это не ее дело. «Продолжаю искать». Она не сдалась.

Лян представил ее за столом — склонившуюся над бумагой при свече. Тайком, пока Кэрроу спит. Пишет быстро, торопится. Вздрагивает, оглядывается от каждого звука.