Книга Принцесса и медведь, страница 131 – Марья Зеленая

— Зачем верить, если можно проверить? — усмехнулся ярл. Он обратился к Дисе. — Ну-ка, живо отведай пару кусочков!

Та резко отшатнулась. Ее губы дрожали.

— Нет, господин, прошу!

— Не надо! — вступилась Виола. — Она действовала не по своей воле!

Фастрид взглянула на нее с такой ненавистью, что по телу пробежала дрожь.

— Не вмешивайся! — рявкнул Сигизмунд и схватил Дису за плечо. — Я что, неясно выразился? Ешь!

Та рухнула на колени, по бледным щекам покатились слезы.

— Прошу, господин, пощадите!

— Жри, я сказал! — Сигизмунд намотал ее волосы на кулак.

Виола подскочила к ярлу, схватила его за руку и попыталась разжать пальцы.

— Она ни в чем не виновата! Пускай лучше скажет, кто отдал приказ!

Сигизмунд оттолкнул ее от себя.

— Хорошо, — процедил он. — Кто велел тебе подсыпать отраву?

Глаза Фастрид превратились в щелочки. Диса молчала.

— Говори! Если признаешься, я пощажу тебя!

Диса шумно сглотнула. Виола суматошно переводила взгляд с нее на Фастрид. Та взирала на рабыню с напускным равнодушием.

— Это… я сама, — пролепетала Диса.

— Что? — Виола недоуменно уставилась на нее. — Зачем ты на себя наговариваешь?

На лице Фастрид заиграла издевательская ухмылка.

— И зачем ты это сделала? — вкрадчиво осведомилась она.

— Я… я ревновала к ней господина, — пробормотала Диса. — Простите, это все моя вина.

— Что ж, — подал голос Сигизмунд. — Ты покушалась на мою наложницу. Наказание за это — смерть.

— Но это ложь! — взвилась Виола. — Она просто боится!

— Боится? — Фастрид презрительно вскинула бровь. — Чего?

— Тебя!

Супруга ярла подошла к Дисе, которая все еще стояла на коленях, и, взяв ее за подбородок, заставила поднять голову.

— Ты боишься меня, дитя?

— Н-нет, г-госпожа, — выдавила Диса.

Фастрид окинула мужа и Виолу торжествующим взглядом.

— Вот видите? Она не боится. Бедняжка пошла на преступление из ревности. Будь к ней снисходительным, Сигизмунд.

Что за нелепый фарс! Виола заскрежетала зубами. В груди клокотало от бессильной ярости. Вот бы наброситься на эту стерву и выцарапать ее змеиные глаза.

Тем временем ярл решил довести дело до конца. Он схватил Дису за волосы и ткнул ее лицом в тарелку.

— Жри, гадина!

— Нет! — вскричала Виола и попыталась его оттащить. — Нет!

Взмахом руки Сигизмунд отшвырнул ее на кровать, после чего набрал полную горсть рагу и насильно впихнул куски мяса Дисе в рот. Фастрид взирала на все это с ледяным спокойствием.

С минуту ничего не происходило. Диса в ошеломлении сидела на полу, ярл стоял над ней со скрещенными на груди руками, а Виола скорчилась на кровати, отчаянно пытаясь унять бешеное сердцебиение.

Когда она уже подумала, что все обошлось, и еда вовсе не была отравлена, Диса вдруг схватилась за горло и захрипела, а затем упала навзничь и забилась в конвульсиях.

Виола зарыдала. Чувство вины сжигало ее изнутри. И дураку понятно, что во всем виновата Фастрид, а досталось рабыне, которая всего лишь выполняла приказ.

Диса еще несколько раз дернулась, а затем вытянулась на полу, и замерла, глядя в потолок невидящими, красными из-за лопнувших сосудов глазами.

Сигизмунд отворил дверь.

— Убери это! — велел он стражнику, кивая на тело.

Тот схватил несчастную рабыню за ноги и выволок ее из комнаты.

Виола в полном смятении сидела на кровати. Лицо было мокрым от слез, руки тряслись. Жестокость этих людей поражала до глубины души.