Книга Маргаритка и чертополох, страница 29 – Марья Зеленая

Вскоре раздался мощный распев, а затем — бодрый незамысловатый мотив.

— Магнус — наш лучший волынщик, — похвастался лэрд. — Как вам его игра?

— Трудно сказать… — Маргарет вслушалась в скрипучие звуки. — Ума не приложу, как понять, хорошо ли играет волынщик.

— Если килт сзади колышется, значит старается, — сострил Бойд.

Дункан расхохотался, демонстрируя крепкие желтоватые зубы.

— Главное, чтобы не фальшивил вторым ртом! — хлопнув себя по коленям, выпалил он.

Вечер шел своим чередом. Разомлев от сытной еды, Маргарет потягивала вино, которое все никак не кончалось: Бойд ненавязчиво подливал ей еще и еще.

Взгляд лениво скользил по окружающим. К стенаниям волынки присоединились скрипка и барабан, и хоть временами все еще хотелось заткнуть уши, Маргарет начала невольно выстукивать такт ногой. Гленна сидела прямая как палка, скорчив недовольное лицо, а Дункан, отвернувшись от нее, что-то говорил соседу по столу.

Среди гэльских слов до слуха вдруг долетело имя «Стюарт», и Маргарет насторожилась. Она вспомнила рассказ Кайдена, что его, как и его родичей, обвиняют в пособничестве якобитам. Наверняка лэрд тоже разделяет их мятежные взгляды. Конечно, политика не женское дело, но оказаться в логове предателей… от этой мысли стало не по себе.

Музыка стихла, и Дункан во всеуслышание произнес что-то по-гэльски. По залу прокатился одобряющий гул. Гости стали возбужденно переглядываться и, подначивая, толкать друг друга локтем в бок.

— Что происходит? — поинтересовалась Маргарет.

— Танец на мечах, — пояснил Бойд.

— Как это?

— Увидишь.

С этими словами он поднялся из-за стола, скинул камзол и, оставшись в килте и белой рубахе вышел на середину зала. Горцы приветствовали его радостными возгласами. Они галдели наперебой, и захмелевшая Маргарет уже не различала ни смысла слов, ни языка, на котором они были произнесены.

Бойд снял с плеча перевязь и вытащил из ножен палаш с ажурным эфесом. Немного покрутил клинок в руке, любуясь блеском начищенной стали, а затем крест-накрест положил палаш и ножны на пол.

Волынщик заиграл тягучий мотив, и Бойд пустился в пляс, вначале медленно, затем все быстрей. То уперев руки в бока, то вскидывая над головой, он скакал на цыпочках по перекрестью между ножнами и палашом, выделывая коленца. Его голени, обтянутые клетчатыми чулками, взлетали так разухабисто и высоко, что лишь висящий над причинным местом кошель не давал килту задраться и выставить на всеобщее обозрение срам.

Ритм все ускорялся. Бойд плясал так ловко, что ни разу не сбился и не наступил на ножны или палаш. Его лицо раскраснелось и поблескивало от пота, собранные в хвост волосы болтались на затылке в такт движениям ног. Маргарет даже залюбовалась им, невольно притоптывая под столом.

Закончив свой танец, Бойд поклонился, и публика разразилась бурными рукоплесканиями. Ему на смену вышли другие смельчаки, а когда желающие показать свою удаль иссякли, скрипка запиликала задорный мотив и по залу закружились в хороводе несколько пар.

Одни гости остались сидеть на своих местах, другие бродили между столами, подсаживаясь к приятелям и заводя с ними дружеские беседы. Лэрд тоже встал и направился к группе мужчин в противоположном конце зала.

Голова кружилась, слипались глаза, но тут Маргарет заметила, как Гленна поднялась со стула и подошла к Кайдену, мрачно потягивающему эль за дальним краем стола.