Книга Маргаритка и чертополох, страница 38 – Марья Зеленая

Охотники собрались на опушке, держа лошадей под уздцы. Дункан Макферсон, облаченный в плед приглушенных серых тонов, сидел верхом на породистом жеребце. Перед ним стоял егерь и докладывал, в какой именно части леса видели оленя-самца.

Кони похрапывали, роя копытами землю. В прохладном утреннем воздухе из их ноздрей вырывался пар. Крупные гладкошерстные гончие рвались со сворок, повизгивая от нетерпения. Охотники обменивались шутками и выпивали из чарок, которые им подносили слуги.

Гленна тоже была тут: глаз сразу выхватил из толпы алое пятно бархатного наряда. Она заливисто смеялась над чьей-то шуткой, на щеках играл легкий румянец, золотистые локоны, выпущенные из-под шляпки, струились по плечам. Маргарет попыталась найти в ее внешности хоть малейший изъян, но потерпела неудачу и досадливо поджала губы.

Соперница послала Кайдену ослепительную улыбку и смерила Маргарет уничижительным взглядом.

«Чертова стерва! Чтоб ты свалилась мордой в грязь!» — Маргарет стиснула кулаки.

В толпе взбудораженных охотников присутствовало еще несколько дам, но, взглянув на их невзрачные туалеты, Маргарет решила, что они не стоят ее внимания.

— Рад, что вы к нам присоединились, мистрис Рэдклифф. — Лэрд учтиво приподнял свой украшенный перьями берет. — Позвольте предложить вам традиционный глоточек для разогрева.

Маргарет, поколебавшись, кивнула. Прохладный ветер, гуляющий среди сосен, пробирал до костей. Ей поднесли серебряную чарку, и она под одобрительные возгласы окружающих залпом осушила ее. От крепкого виски по жилам побежало тепло.

— Что ж, леди и джентльмены, — объявил Дункан, — да начнется охота!

Он протрубил в охотничий рог, пришпорил коня и помчался по лесной тропе. Остальные в сопровождении своры гончих с гиканьем поскакали за ним. Лес наполнился улюлюканьем, лаем и свистом, а от перестука копыт задрожала земля.

Маргарет считала себя неплохой наездницей, но, как выяснилось, для того, чтобы в дамском седле перепрыгивать через валежник, буераки и ручьи, навыков катания по парку недостаточно. Вскоре она отстала от толпы. Между деревьями стелился туман, и охотники растворились в молочной пелене.

Ну и черт с ними! Зачем скакать как оглашенная, если можно просто насладиться прогулкой? Она пустила кобылу шагом и полной грудью вдохнула воздух, напоенный ароматами хвои и влажного мха.

Кайден, поддавшись всеобщему азарту, тоже умчался вперед, и она обнаружила, что осталась совсем одна. Топот, голоса и собачий лай затихли вдали, и в воцарившейся тишине было слышно, как ветер шелестит верхушками сосен.

«А что, если сбежать? — вдруг пришла в голову шальная мысль. — Я одна, у меня есть лошадь. Лучшей возможности может не быть».

Загвоздка была в том, что Маргарет не знала, куда бежать. Но она помнила, с какой стороны ее привезли. Нужно взобраться на холм и осмотреться.

Развернув лошадь, она погнала ее на пригорок. Оказавшись на вершине, взглянула на пустошь, распростершуюся на мили вокруг. Холмы, поросшие бархатной травой, с залысинами гранитных утесов, издали напоминали камни, покрытые мхом. В низинах темнели рощицы и сосняки.

Замка своего мужа Маргарет не увидела, но зато узнала озеро и уходящую к югу тропу: именно по ней шотландцы привезли ее сюда. Она вспомнила, что по пути встречались пастушьих лачуги. Если что, там можно будет остановиться на ночлег и спросить дорогу. Кто-то же должен знать, где живет ее муж! В качестве оплаты она предложит серьги — одну из немногочисленных драгоценностей, оставшихся после уплаты долгов.