Книга Злодейка желает искупления, страница 115 – Татьяна Антоник, Аника Град

— Я буду знать, к кому обратиться, — прервал он её мягко. — Спасибо тебе, сестра. Ты… ты дала мне надежду.

Покинув ее комнаты, он ощутил, как маска с его лица сползает, обнажая холодную, расчетливую ярость.

Она купилась на всё. Поверила в верность. Она будет финансировать его возвышение, даже не подозревая, что куёт меч, который однажды окажется у её горла.

А пока он обдумывал первые шаги.

Прежде всего — найти самых строгих и уважаемых учителей. За её счет. Затем — через слуг узнать, какие именно семьи она сама рассматривает для своих нужд. Возможно, среди них найдется подходящая кандидатура для брака, чтобы выбор не был подозрительным. Всё же он сам о связях в столице знает куда больше зарвавшейся деревенской выскочки.

И не забывать навещать глупышку Лю Цяо. Яд сомнений и злости поможет ей стать удобным орудием для борьбы со своей госпожой.

Война только началась. И раз она возомнила себя тигром, он воспользуется её могуществом.

Против неё самой.

Сундук с императорским золотом стоял в углу моего кабинета, словно насмешка. Его лакированная поверхность отсвечивала тусклым блеском в свете единственной масляной лампы, что горела на моем столе.

Я откинула последнюю деревянную дощечку с отчетами управляющего, и у меня невольно вырвался тяжелый, почти стонущий вздох. Цифры плясали перед глазами, складываясь в умопомрачительную сумму долгов, которые тяжким камнем висели на шее возрождающегося клана Шэнь.

Императорский дар был щедр, но он был каплей в море этих обязательств. Золотые ляны, такие тяжелые и звонкие, уйдут как вода сквозь пальцы: на выплаты кредиторам, на ремонт обветшавшего поместья, на жалование слугам, которых нельзя было отпустить, дабы не показать слабость, на подарки старейшинам побочных ветвей, чье расположение нужно было заслужить вновь. И над всем этим, самым тяжким грузом, висел самый страшный, самый унизительный долг. Тот, что принадлежал Яо Вэймину.

Год. Всего год отсрочки, купленный ценой моего унижения. Что он потребует по истечении этого срока?

Он уже доказал, что его благородство — лишь оболочка, под которой скрывается железная, безжалостная воля. Он мог потребовать земли, титул, всё состояние клана. Или нечто большее. Нечто, о чем я боялась помыслить.

Я закрыла глаза, ощущая, как головная боль сдавила виски тугой повязкой. Выплачу слугам жалованье — не отдам долг Яо. Отдам долг Яо — мои слуги поднимут против меня восстание и пожалуются императору, что я не умею их содержать. Даже Шэнь Мэнцзы попросил скромных средств на свое обучение, а денег у меня катастрофически мало. И как я откажу брату? В его положении повинна я.

Воздух в кабинете был спертым и густым от запаха старой бумаги, туши и собственной моей беспомощности. Я была главой клана, но чувствовала себя загнанной в угол крысой.

Именно в этот миг отчаяния из глубин памяти, всплыло воспоминание.

Война...

В моей прошлой жизни, примерно в это же время, вспыхнул конфликт с соседним государством Чжоу. Не большой, не объявленный официально, но жестокий и изматывающий пограничный конфликт из-за спорных плодородных земель у реки Цзинвэй. Империя Цянь тогда проиграла. И проиграла во многом из-за меня.

В прошлой жизни я уже стала императрицей, и меня занимали лишь дворцовые интриги и укрепление личной власти. Я видела в армии угрозу себе, боялась усиления военачальников. Я урезала финансирование, назначала на посты своих преданных, но неопытных фаворитов, саботировала поставки провизии. Я хотела ослабить государственный механизм, чтобы никто не мог оспорить мое место. И в итоге своими руками подготовила почву для унизительного поражения.