Книга Поцелуй обреченной королевы, страница 15 – Алиса Вишня

А Мегана стояла у окна своей комнаты и смотрела, как пыльное облако за каретой Клауда и Клариссы медленно оседает на дороге, ведущей на восток, к столице. В груди было странное, противоречивое чувство — облегчение, смешанное с тревожной пустотой. Он уехал. Его черный, неотрывный взгляд больше не прожигал ее насквозь, а его холодные пальцы не касаются ее руки. Она должна радоваться.

Но, почему-то, радости не было. Была лишь нервная, зудящая энергия, требующая выхода. И память. Память, которая теперь была не просто воспоминанием, а осязаемым знанием, тяжелым грузом в ее голове.

Ее взгляд упал на каменное длинное здание в углу двора. Конюшня. В прошлой жизни Мегана обожала скакать верхом по окрестным полям, чувствуя ветер, бьющий в лицо. Это была одна из немногих радостей ее жизни здесь. И одна из немногих возможностей вырваться за пределы поместья.

И сейчас ей бы не помешало освежить голову быстрой ездой.

Мегана решительно вышла из комнаты.

Конюшня встретила ее знакомым запахом сена, кожи и теплого, живого запаха лошадей. Ее гнедая кобыла, Астра, радостно зафыркала, узнавая хозяйку. Мегана тихонько рассмеялась, и прижалась лбом к ее теплой, бархатистой морде.

Она оседлала Астру легко и быстро, чувствуя, как привычные движения успокаивают дрожь в руках. Вывела ее на двор, вскочила в седло и тронула в поводья.

Она скакала неистово, как будто пыталась убежать от собственных мыслей. Ветер свистел в ушах, срывая с лица непокорные пряди волос. Поля, луга, перелески мелькали, сливаясь в зеленый и золотой потоки.

И лишь когда Астра сама сбавила ход, перейдя на тяжелую рысь, Мегана позволила себе оглянуться. Поместье давно скрылось за холмами. Она была одна. По-настоящему одна. Без призраков прошлого, без призраков будущего. Только она, лошадь и широкая, пустая дорога.

Она остановилась на пригорке, с которого открывался вид на долину, усеянную фермами, и на синюю ленту далекой реки. Здесь был покой. Простой, немудрящий, но настоящий.

"Вот он, другой путь! — подумала она — Не воровство женихов, не убийство недругов, не интриги. Просто жизнь. Тихая. Скучная. Прекрасная".

Она слезла с лошади, отпустила поводья, позволив Астре щипать сочную траву у дороги, и села на теплую, прогретую ранне-осенним солнцем землю. И закрыла глаза, подставив лицо мягким лучам.

Только теперь, в новой жизни, она поняла, как прекрасны и эти ценны эти простые обыденные вещи — скупое солнце, легкий ветер, мягкая трава...

Воспоминания не отступали, лились в голову тяжелым потоком.

"Чтобы не думать о прошлом, надо разложить его в голове по полочкам, задвинуть в дальние подвалы памяти, и решить, как действовать сейчас".

Перед ее мысленным взором представали картины былого, пережитого... Как королева Мегана, в одной ночной рубашке, в полной темноте, сидит у окна свой спальни, и невидяще смотрит на своего отражение в черном ночном стекле.

Ей опять пришлось убить. Не самой. Отдать приказ, облаченный в форму намека, жалобы, просьбы. Заплатить за выполнение золотом и совестью.

И эта совесть теперь терзала, не давая уснуть.

Королеве пыталась оправдаться перед сама собой:

" Если не я, то они меня. Я опередила! Я просто пытаюсь выжить в змеином гнезде, которым является дворец"