Книга Поцелуй обреченной королевы, страница 39 – Алиса Вишня

Она подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение — бледное, с темными кругами под глазами, с губами, плотно сжатыми в тонкую, недовольную линию. Маска глупости и неловкости осыпалась, и под ней проглядывало другое — усталость, страх, и та самая, неистребимая сила, которую она так отчаянно пыталась скрыть.

" Почему? Почему именно я? — подумала она об Эдмоне — Почему опять я?»

Ответа не было. Было лишь тяжелое, гнетущее предчувствие, что ее попытки спрятаться только подливают масла в огонь. И что скоро этот огонь может выжечь все ее хрупкие планы дотла. А где-то в тени, за всем этим, наблюдал другой принц. Черноволосый, с пронзительным взглядом. И его молчание было страшнее любых знаков внимания его брата.

Напряжение в крыле фрейлин витало в воздухе, густое, как запах перезревших фруктов. Взгляды, которые бросали на Мегану девушки из коалиции Анетты, были отточены, словно лезвия.

Марианна ходила, опустив голову, ожидая удара.

Даже принцесса Изабелла казалась озадаченной и чуть отстраненной — ее солнечная натура не могла справиться с этой атмосферой скрытой войны.

Мегана чувствовала себя загнанным в угол зверьком. Каждый шаг, каждое слово теперь анализировались, искажались, превращались в оружие против нее. Она продолжала свою политику молчания и невмешательства, но это уже не работало. Ее тишину воспринимали как высокомерие, ее скромность — как скрытую угрозу.

И вот грянул гром.

Это случилось утром, после завтрака. Принцесса Изабелла, обычно сияющая, вошла в общую гостиную, где девушки занимались рукоделием под присмотром госпожи Клариссы. Лицо ее было бледным, глаза — испуганными.

— Мои серьги… — прошептала она, и голос ее дрожал — Мамины серьги. Изумрудные. Они пропали.

В комнате повисла мертвая тишина. Даже иглы замерли в воздухе. Кража драгоценностей принцессы — это не просто шалость. Это государственное преступление. И потенциальная причина для репрессий.

Госпожа Кларисса поднялась, и ее костлявое лицо стало похоже на маску гнева.

— Пропали? — ее скрипучий голос прорезал тишину, как нож — Когда вы видели их в последний раз, ваше высочество?

— Вчера вечером! Я сняла их перед сном и положила в шкатулку на туалетном столике. А утром шкатулка открыта, а сережек нет.

— Значит, вор действовал ночью! — холодно констатировала Кларисса.

Ее взгляд, острый и подозрительный, медленно прополз по лицам девушек.

— Или рано утром, пока ваше высочество были на молитве.

Мегана сидела, не двигаясь, чувствуя, как тяжесть тревоги сжимает сердце. Она знала эту историю. Знала ее финал. Но проживать ее снова, будучи не уверенной в том, что все пойдет по тому же сценарию, было страшно.

— Комнаты будут обысканы! — объявила Кларисса — Каждая! Сию же минуту.

Расстроенная Изабелла ушла к себе, а в крыле ее компаньонок начался кошмар. Служанки и стражники входили в одну комнату за другой, выворачивая сундуки, ощупывая матрасы, заглядывая в каждый угол.

Девушки стояли в коридоре — бледные, перепуганные, некоторые тихо плакали. Анетта держалась спокойно, лишь тонко поджав губы. Ее взгляд, скользнув по Мегане, выразил не тревогу, а ожидание. Ее сторонницы тоже не переживали. Мегана замечала их мимолетные ехидные улыбки, и торжествующие взоры, которыми они обменивались