Книга Фрейлина поневоле, страница 123 – Алексей Фирсов

Сестра фельдмаршала Румянцева и давняя, самая доверенная подруга Государыни, графиня Брюс была некоронованной королевой закулисья Зимнего дворца. Именно она знала обо всех тайнах императорской спальни, именно через ее руки проходили все будущие фавориты. В кулуарах ее со страхом и трепетом именовали«l'Éprouveuse»— «испытательницей», намекая на то, что прежде чем молодой красавец попадал в покои Екатерины, Прасковья Александровна лично проверяла его мужские достоинства и манеры.

И вот эта могущественная, циничная дама внезапно воспылала ко мне, скромной княжне Одоевской, невероятным дружеским участием.

Всё началось на утреннем выходе Императрицы. Графиня Брюс, облаченная в тяжелое бархатное платье, грациозно отделилась от круга старших статс-дам и подошла прямо ко мне.

— Одоевская, душа моя, — ее голос, вкрадчивый и мягкий, как кошачья лапа, заставил мои внутренние радары шпионки взвыть от тревоги. — Я так много слышала о вашем благонравии и неоценимой помощи, которую вы оказали молодой великой княгине в Гатчине. Вы сущий ангел.

Она взяла меня под руку, увлекая на прогулку по галерее, расточала изысканные комплименты моей прическе, моему вкусу, а на следующий день прислала в мои покои роскошный подарок — золотой флакон для нюхательной соли, украшенный редкими изумрудами. Брюс искала моего общества, садилась рядом за ужином, звала на интимный чай в свои личные покои и заговорщицки шепталась, словно мы были давними подругами.

Я пребывала в глубоком, леденящем недоумении.

Мой прагматичный разум Алисы из двадцать первого века отказывался верить в эту внезапную женскую солидарность. При дворе Екатерины II никто и никогда не делал ничего просто так. Ласковый оскал придворной гадюки такого ранга мог означать только одно: меня втягивают в какую-то крупную, смертельно опасную игру.

Я не ждала от этой внезапной привязанности ничего хорошего. Сидя в ее покоях и пригубливая китайский чай, я вежливо улыбалась, кивала, но мысленно лихорадочно просчитывала варианты.

Чего хочет эта женщина?

Выведать через меня интимные секреты Павла и Марии Федоровны, которые я привезла из Гатчины, чтобы использовать их против цесаревича? Или ее интересуют мои частые визиты в особняк английского посла, и Тайная канцелярия решила подобраться к Джеймсу моим путем?

А может быть… я бросила мимолетный взгляд в окно, где по двору как раз прогуливался ослепительный красавец Иван Римский-Корсаков. Стареющая «испытательница» сама положила глаз на нового молодого фаворита Государыни и ищет молодую, хитрую сообщницу, чтобы провернуть интригу за спиной у Екатерины?

Я знала историю. Я помнила, что именно тайный роман графини Брюс с Римским-Корсаковым в будущем послужит причиной их сокрушительного падения и яростного гнева Императрицы. Если Прасковья уже начала плести свои любовные сети вокруг скрипача-«Пирра», то мое присутствие рядом нужно ей как ширма.

«Ну уж нет, миледи, — подумала я, безупречно улыбаясь графине в ответ на ее очередную любезность. — В вашу постельную интригу, которая закончится Сибирью и опалой, вы меня не втянете».

Я принимала изумруды, пила чай и послушно кивала, но внутри меня звенела натянутая тетива. Шахматная партия становилась слишком запутанной: с одной стороны меня ждал недоверчивый Джеймс с лондонскими векселями, с другой — злобный Павел, на юге зрела война, куда ускакал Николай, а прямо передо мной сидела главная интриганка империи, примеряя на меня роль своей новой пешки. Ступать по этому паркету нужно было еще осторожнее — один неверный шаг, и меня раздавят, даже не заметив.