Книга Объедки для Декана-привереды, страница 58 – Амалия Лонг

— Шестьдесят три цветка, декан? Компенсируете что-то?

— Поздравляю победительницу, — ответил тот, не поворачивая головы. — А вы пытаетесь выделиться скромностью.

— Розмарин — классика.

— А здесь — память на века.

— Господа, — вмешалась я, пытаясь поднять букет. — Спасибо. Розмарин засушу, а полевые цветы поставлю в ведро.

— В ведро? — Альтаир чуть не поперхнулся.

— У меня нет вазы. Даже если бы была, одна ромашка туда не влезет.

— Я пришлю.

— Не надо. Ведро напоминает, откуда я родом.

Кайан рассмеялся, Альтаир скрипнул зубами. Уголёк, продолжая жевать розмарин, шепнул:

— Ставки на то, кто первый принесет вазу? Коэффициент — два к одному.

Мы вышли из зала. Я тащила букет — цветы волочились по полу, как драконий хвост. Кот сидел на верхушке чертополоха и командовал:

— Левее! Теперь правее! Не наступи на кота!

— Тебя не видно.

— Я здесь, на высоте. Смотровая площадка.

Розмарин я засунула в карман — пригодится на кухне.

Ночью, когда академия затихла, я сидела на малой кухне и перебирала отходы для второго тура. Тему объявили: «Утилизация драконьих нервов». Никто не знал, что это значит, но Уголёк притащил с помойки рыбьи головы, прошлогодние кости и что-то, напоминающее студень.

В дверь постучали.

— Это я, — голос Кайана.

— Входи.

Он появился с корзиной: свежие овощи и кувшин сметаны.

— Угощение для кота, — пояснил он.

Уголёк, дремавший на лежанке, мгновенно проснулся.

— Сметана? — он спрыгнул и сграбастал кувшин обеими лапами. — Вы останетесь на ночь?

— Только помочь с рецептом.

— Ладно, — кот нехотя подвинулся, но кувшин не выпустил. — Не вздумайте учить её чему-то неприличному. Она ещё не окрепла для экспериментов.

— Это кулинария, — вздохнул Кайан.

— И я здесь.

Мы принялись экспериментировать. Кайан показал, как стабилизировать магические потоки в бульоне, я чихала фиолетовым, кот лизал сметану и давал ценные советы:

— Не пересоли. Вон ту кость выбрось — она смотрит на меня укоризненно. Сметану не трогать — это моё.

— Сметана для всех, — возразила я.

— Это ты так думаешь.

На стене висело зеркало в деревянной раме. Я покосилась на него — обычное стекло, чуть пыльное. Ничего особенного. Мы повесили его ещё при переезде, чтобы было в чём на себя смотреть. Отражало нас троих: Айзу в фиалковой форме, Кайана в белом фартуке и кота с мордой в сметане.

— Айза, добавь каплю драконьей слюны, но не чихай, — сказал Кайан. — Иначе взорвётся.

— А если я чихну?

— Тогда твой кот не успеет доесть сметану.

— Я ем быстро, — отозвался Уголёк.

Я аккуратно капнула. Жидкость зашипела, бульон стал золотистым, запахло мятой.

— Слушай, — спросила я, — а зачем ты помогаешь? Ты же ученик Кассандры. Ей точно не понравится, что ты меня учишь.

Кайан улыбнулся:

— Кассандра уже стара. Я сам принимаю решения. И твой суп стоит того, чтобы рискнуть.

— Осторожно, — прошептал Уголёк, — он тебя охмуряет. И не стесняется, при мне.

— Я просто помогаю, — ответил Кайан, наклоняясь над котлом. Его рука коснулась моей, поправляя поварёшку. — Не каждому объедку выпадает шанс выиграть отбор.

— Говоришь как декан.

— У нас разные мотивы.

— А у тебя какие?

— Мне нравится смотреть, как ты чихаешь.

— Это самый странный комплимент в моей жизни.

Мы готовили до полуночи. Уха из драконьих нервов (которые на поверку оказались рыбьими головами, просто красиво названными) получилась на славу. Кайан собрал инструменты, забрал пустой кувшин и направился к двери.