Книга Помощница антиквара 2, страница 23 – Амари Санд

— Что ж, не буду вам мешать, — канцлер отвесил легкий, почти издевательский поклон. — Александра Ивановна, напоминаю, что скоро начнется ваше обучение, — произнес почти мне на ухо, воспользовавшись тем, что наклонился слишком близко. — Надеюсь, вы серьезно настроены на учебу и не будете отвлекаться на всякие глупости?

Куда уж серьезнее? — одарила Оболенского мрачным взглядом.

Канцлер ушел к своему столику, за которым нетерпеливо ожидала его спутница, а я все еще чувствовала удавку на шее. Мерзкий паук нарочно затянул ее, давая почувствовать, кто здесь хозяин положения. Я не то, что проглотить хоть кусочек из того прекрасного обеда, что нам принеслои, лишний глоток воздуха не могла спокойно сделать.

С большим трудом мне удавалось держать лицо, ценой искусанных в кровь губ с внутренней стороны.

От Павла не укрылась моя реакция на канцлера. Он осторожно коснулся моей ладони, пытаясь вернуть к реальности.

— Александра, на вас лица нет, — проницательно заметил он. — Неужели Владимир Андреевич настолько утомил вас наставлениями?

— Простите, Ваше Высочество… — выдохнула, сдерживая дрожь в голосе. — Просто… Старые раны иногда напоминают о себе в самый неподходящий момент. Погода, вероятно, меняется, — сказала и невольно скривилась от того, как жалко и неумело прозвучала моя ложь.

Павел понимающе кивнул, хотя я видела по глазам, что не поверил ни единому слову. Обед был безнадежно испорчен. Еда показалась безвкусной, да и не лезло ничего. Только и смогла, что сделать пару глотков воды.

Разговор тоже не задался. На вопросы Павла отвечала невпопад и вздрагивала каждый раз, когда ловила на себе хищный взгляд Оболенского

— Вы совершенно ничего не съели, — заметил Романов.

— Аппетит пропал, — призналась я.

— В таком случае, будет лучше, если я отвезу вас домой, — он жестом подозвал официанта и велел подать счет.

Расплатившись, Павел помог мне подняться и, придерживая под локоть, повел к выходу. Дорога обратно прошла в тягостном молчании, нарушаемом редкими замечаниям Павла о видах Петербурга, на которые я почти не реагировала.

Прижавшись лбом к холодному стеклу, мечтала только об одном — побыстрее оказаться дома, в свое комнате, подальше от аристократов и их интриг.

Романов, вопреки моим ожиданиям, не пытался выспросить причину моего резко испортившегося настроения. Он лишь изредка поглядывал на меня с беспокойством и какой-то странной решимостью.

— Приехали, — с сожалением произнес он, когда карета остановилась у крыльца.

Я поспешно поблагодарила его и уже собиралась выйти, но он придержал меня за руку.

— Завтра утром к вам приедет мой личный лекарь.

— Ваше Высочество, в этом нет необходимости! — я испуганно посмотрела на него. Не хватало, чтобы еще и за это Оболенский потом придирался. — Мой доктор вполне справляется.

— Ваш доктор не имеет доступа к снадобьям, которые имеются в императорской аптеке, — князь мягко сжал мои пальцы. — И вряд ли он умеет лечить последствия таких ментальных перегрузок, с которыми столкнулись вы. Вопрос вашего здоровья не обсуждается, Александра. Я хочу видеть вас здоровой и сильной, а не бледной тенью самой себя.

— Как вам будет угодно, — у меня не осталось сил спорить. — Еще раз, спасибо за чудесную прогулку.

— Рад, что вам понравилось, Александра, — подхватив мою ладонь, Павел коснулся ее горячими губами, глядя на меня так пристально, что внутри все сжалось в тугой комок. — Рассчитываю, что мы ее непременно повторим.