Книга Помощница антиквара 2, страница 35 – Амари Санд

Улыбнувшись, я прикрыла глаза, мысленно представляя яркие огни больших городов, шумные проспекты и тихие залы музеев, где пролетели лучшие часы прошлой жизни.

— В моем мире существовали места, которые назывались галереями, — начала рассказ, погружаясь в приятные воспоминания. — Там собирали красоту не ради магической силы, а просто ради того, чтобы другие могли на нее смотреть. Тысячи людей стояли в очередях, чтобы увидеть один холст, на котором запечатлен солнечный свет в саду. Мы верили, что искусство способно спасти мир.

— Прекрасная вера, — великий князь с одобрением кивнул.

— А еще у нас есть огромные библиотеки, книги в которых доступны всем без исключений. Получать знания могут все желающие, не только дворяне. Например, маленькие дети могли узнать все о звездах или глубинах океана, просто открыв книгу. И хотя на нашей Земле привычной здесь магии не существовало, мы создали свою — магию знаний и человеческого гения.

— У меня такое чувство, что вы сами — часть этой магии, — заметил Павел, глядя на меня с нескрываемым восхищением.

За непринуждённым разговором незаметно пролетел час. Я рассказала князю о фотографии и кино, о том, как люди научились лечить болезни и чего достигли в плане диагностики и оперативного вмешательства.

Павел держал меня за руку и слушал, затаив дыхание, словно ребенок, которому рассказывали сказку о далеких землях. В эти минуты мы будто позабыли о заговорах, канцлере и черном свитке, лежащем в мастерской.

На улице давно стемнело, когда великий князь поднялся и засобирался уходить.

— Мне пора, — с сожалением произнес он. — Завтра будет тяжелый день. Мне необходимо подготовить почву для доклада императору.

— Будьте осторожны, — не удержалась и коснулась его руки.

— Обязательно, — он накрыл мою ладонь своей и улыбнулся. — И не забрасывайте альбом, Александра. Мне бы хотелось увидеть в нем ваши мечты, а не только кошмары.

Карета великого князя уехала, растворившись в ночи, а я еще долго стояла у окна, прижимая подарок к груди. Встреча с Павлом наполнила меня уверенностью, что я не останусь одна перед лицом грядущей катастрофы.

— Ну что, налюбовалась? — пробурчал Савелий Кузьмич, нарушая мое уединение. — Пора за работу, Саша. Свиток сам себя не испортит.

Мы снова вернулись в мастерскую, чтобы собрать воедино черновые наброски перевода и внедрить в структуру микроскопические дефекты, которые при активации обрушат конструкцию.

Всю ночь мы доводили древний текст до совершенства, отшлифовывая каждый символ. Князь одобрил те изменения, что мы планировали внести. Оставалось реализовать их так, чтобы не возникло и тени подозрений.

К утру глаза жгло, словно в них насыпали песка, а спина ныла от долгого сидения в одной позе. Я как раз переписывала перевод набело, когда в лавку пожаловал посетитель. Вздрогнула от резкого звона колокольчика, я едва не опрокинула чернильницу с дорогим составом.

Савелий Кузьмич быстро спустился вниз, а я осталась в мастерской, пытаясь унять дрожь в пальцах. Через несколько минут дядя позвал меня спуститься. В его голосе я различила натянутое напряжение, предвещающее важные известия.

В торговом зале стоял господин в неприметном коричневом сюртуке. В руках он держал тяжелую шкатулку, обтянутую потертой кожей.