Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 85 – Сия Ник

— Семь Голосов, — сказал Аэдрис. — Я жду ответа.

Аммар медленно посмотрел на Седьмой Голос. Седьмой Голос встал и сказал, не глядя на Аммара:

— Я согласен оформить, Ваше Величество.

Второй Голос — высокий мужчина средних лет — встал тоже.

— Согласен, Ваше Величество.

Третий, тучный — медленно поднялся. Помолчал. Сказал:

— Согласен, Ваше Величество.

Один за другим встали все семеро — даже Аммар, последним. Это был не выбор. Это была формальность: император применял право, которое было прописано в Кодексе. Семь Голосов могли только оформить.

— Принято, — сказал Аммар сухо. — Дом Морского Утра вписывается в реестр Великих Домов. Глава — Вера Колосова. Благодарность Архипелага вносится в Свиток Великих Услуг. Все процедуры будут завершены в течение суток.

— Благодарю, — сказал Аэдрис.

Он повернулся к Вере. И, к её удивлению, взял её за руку — публично, спокойно, при всём зале. Поднёс её ладонь к губам. Поцеловал руку — коротким, формальным, ритуальным жестом, каким император целует руку женщины перед всем Архипелагом.

— Госпожа Вера, глава Дома Морского Утра, — сказал он громко, для всех. — Завтра утром мы отплываем на мой личный остров. На четыре недели. Для подготовки к Обряду Признания. Я прошу всех присутствующих с уважением отнестись к этому времени. Совет соберётся снова через месяц.

Он опустил её руку. Но не отпустил совсем — её ладонь осталась у его пальцев. Они вдвоём стояли посреди тронного зала, у возвышения, и весь Архипелаг — представители Великих Домов, мастеровые, купцы, жрецы — смотрел на них.

Аэдрис добавил, очень ровно:

— Лорд Веран. Я благодарю вас за поднятый вопрос. Вы оказали мне услугу — заставили меня заявить публично то, что должно было быть сказано публично. Без вас, возможно, я тянул бы ещё неделю. Спасибо.

Веран медленно встал. Поклонился — глубоко, идеально, по всем правилам. Сказал, тем же бархатным голосом:

— Я рад, что был полезен, Ваше Величество. Поздравляю с выздоровлением. Поздравляю с обретением спутницы. И — простите, что я выразил сомнение. Я был неправ. Я готов признать это публично.

Это было идеально сыграно. Это, как поняла Вера в тот же момент, была подготовка к чему-то ещё. Веран не сдался. Веран отступил, чтобы перегруппироваться. И отступил так красиво, что никто из присутствующих не мог сказать, что он проиграл.

Аэдрис на это посмотрел очень долго.

— Принято, Лорд Веран, — сказал он. — Совет окончен.

В коридоре, едва выйдя из зала, Иссара взяла Веру под руку.

— Быстро, — сказала старуха. Голос у неё был чужой — не тот мягкий, какой Вера привыкла слышать. — Быстро в Восточные Покои. Айри уже укладывает твои вещи. Через два часа — карета в порт. Корабль ждёт на дальнем причале. Налани с Кай’ри уже на борту.

— Иссара. У нас же завтра.

— Не завтра. Сейчас. Аэдрис, как только мы выйдем из дворца, тоже сядет в карету и поедет за тобой. Мы выгребаем из Сар-Аммата сегодня вечером, не завтра утром. Веран спокоен, потому что он думает, что у него есть ночь. У него нет ночи. Мы уходим сейчас.

— Почему?

— Потому что Веран сегодня вечером, через два часа после того, как он остыл от Совета, пойдёт к своим людям в порту и прикажет найти способ задержать корабль. Не остановить — это слишком грубо. Найдёт повод. Карантин. Таможенный спор. Что-нибудь. Главное — не дать нам уйти, пока он не подготовит ответ. У нас на это есть ровно полтора часа форы. Может два. Не больше.