Книга Измена. Три яблочка для кицунэ, страница 60 – Милла Мир

Мэй посмотрела на соратников, в ее груди росло что-то тёплое:

— Спасибо, я не подведу вас.

— Мы знаем, — старик поклонился снова. — Потому и пришли.

Восстановление клана началось на следующий день, Мэй распределила кицунэ по отрядам — охотники, ремесленники, жрецы, воины. Кай обучал их бою, Юки ведала хозяйством, Рэн помогал с лошадьми.

— Нам нужно святилище, — сказала Мэй на совете. — Место, где мы можем молиться, тренироваться, жить.

— Старое святилище разрушено, — напомнил Санада. — Хару сжёг его дотла.

— Построим новое, — твёрдо сказала Мэй. — На том же месте. Из того же камня.

— Это будет стоить много денег.

— Деньги будут, — Мэй достала шкатулку. — Это золото Киёмори. Я забрала его после войны.

— Но это же казна империи… — начал Тода.

— Империя должна клану кицунэ, — перебила соратница Мэй. — Мы защищали её веками. Теперь она поможет нам.

Строительство заняло год, лисичка работала наравне со всеми — таскала камни, замешивала раствор, поднималась на леса. Её хвосты помогали — двенадцать рук, двенадцать помощников.

— Ты устала, — сказал Кай однажды вечером.

— Устала, — призналась Мей.

— Отдохни.

— Не могу, — девушка покачала головой. — Если я остановлюсь, остановятся все.

— Ты не одна, — Кай обнял жену. — У тебя есть я. У тебя есть дети. У тебя есть клан.

— Знаю, — Мэй улыбнулась. — Потому я и не останавливаюсь.

Святилище открыли весной, оно было красивым — из белого камня, с золотыми крышами, с высокими воротами, на которых сияла лиса с двенадцатью хвостами.

— Твоя работа, — сказал Кай, показывая на ворота.

— Наша, — поправила Мэй, она вошла внутрь, её хвосты распушились.

Здесь, в алтаре, стояла статуя великой кицунэ — той, чью душу она унаследовала. Та же, что в пещере, но живая, сияющая, прекрасная.

— Привет, — сказала Мэй. — Я вернулась.

— Я знала, — прошептал голос в её голове. — Ты справилась.

— Мы справились.

— Да, — голос улыбнулся. — Теперь ты — хранительница.

— Я буду достойна.

— Ты уже достойна, — голос затих.

Мэй постояла у алтаря, потом вышла к своим:

— Всё готово, клан возрожден.

— Да здравствует Мэй-сан! — крикнул кто-то.

— Да здравствует клан кицунэ! — подхватили другие.

Впервые за долгое время Мэй чувствовала покой.

Клан рос быстро. Каждый день приходили новые кицунэ — из городов, из деревень, из лесов. Те, кто скрывался при Хару. Те, кто ждал. Те, кто надеялся.

— Нам нужно больше места, — сказала Юки, глядя на толпу у ворот.

— Построим, — Мэй кивнула. — Ещё дома. Ещё залы. Ещё храмы.

— Вы не устали?

— Устала, но это приятная усталость.

Глава клана ввела новые традиции. Каждый месяц — соревнования по стрельбе из лука. Каждую неделю — тренировки для молодых. Каждый день — молитвы в святилище.

— Зачем всё это? — спросил один старый кицунэ.

— Чтобы помнили, — ответила Мэй. — Кто мы. Откуда пришли. Кем должны быть.

— Мы воины.

— Мы защитники, — поправила Мэй. — Воины убивают. Защитники — спасают.

— А если враг нападет?

— Тогда мы будем сражаться, — Мэй положила руку на меч. — Но не ради крови. Ради мира.

Старый кицунэ поклонился:

— Вы мудры, госпожа.

Через год в клане было уже тысяча кицунэ, легендарная воительница разделила их на пять отрядов — по числу яблок. Каждый отряд имел свой цвет, своего командира, свою специализацию.