Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 143 – Анастасия Энковская

Особенное происходило.

В одном кабинете сидели мой жених, мой несостоявшийся дракон и одновременно моя будущая головная боль в нескольких юридических и эмоциональных измерениях сразу.

— Не прожги взглядом дверь, — сказал Эйдан, не поднимая головы от книги.

— Я не прожигаю, — отозвалась я автоматически.

— Да? Тогда, должно быть, это просто новое украшение замка — женщина, которая мысленно уже разобрала кабинет милорда по доскам.

Я перевела взгляд на него.

— Вы могли бы хоть немного волноваться.

— Я волнуюсь, — невозмутимо сказал он. — Но, в отличие от некоторых, умею делать это не так шумно.

Я только фыркнула и тут же снова посмотрела на дверь.

Эйдан был прав в одном: я действительно уже мысленно зашла туда раз двадцать. Сначала представляла, как Костя спокойно и твердо объясняет Ардену, что меня придется оставить в покое. Потом — как Арден со своим этим ледяным голосом начинает говорить о правах, законах, роде и прочей драконьей чепухе, от которой у меня уже аллергия. Потом — как Костя все-таки не выдерживает и бьет его. Потом — как Арден в ответ превращает кабинет в иллюстрацию к понятию «дипломатия окончена». Потом — как я врываюсь туда и ору на обоих, потому что мужчины, когда дело касается женщины, иногда теряют остатки ума с такой скоростью, будто это их любимый спорт.

Лада тихо фыркнула у моих ног и положила тяжелую голову мне на туфлю.

— Да, — пробормотала я, машинально касаясь носком ее теплого бока. — Ты тоже считаешь, что я сейчас сорвусь и пойду спасать мир лично.

Морха не ответила. Но выражение ее морды было весьма красноречивым.

Дверь наконец открылась.

Я вскочила раньше, чем успела подумать, что это, возможно, выглядит слишком уж откровенно. Но мне уже было все равно. Из коридора в комнату первым вошел Костя. За ним — Арден, но его я увидела уже только краем глаза, потому что на лице Кости было написано сразу столько всего, что мне на секунду стало холодно.

Не ужас.

Не ярость.

Не поражение.

Хуже.

Та самая слишком взрослая, слишком тяжелая собранность, с которой люди выходят после разговоров, где никто не кричал, но после которых жизнь уже не может остаться прежней.

— Ну? — выдохнула я, делая шаг к нему.

Он сразу подошел ко мне сам. Взял за руку. Сжал пальцы — не сильно, но крепко. Так, чтобы я почувствовала: все еще здесь, все хорошо, никто никого не убил, замок не рухнул, но да, разговор был именно таким, каким и должен был быть — неприятным, важным и слишком настоящим.

Арден задержался в дверях всего на мгновение. Я посмотрела на него коротко и сразу поняла: ему тоже не стало легче. Лицо было спокойным, даже слишком. Но это было уже не то спокойствие самоуверенного мужчины, который пришел к чужой женщине с цветами и уверен, что рано или поздно его оценят. Нет. Это было выражение человека, которому очень не нравится новая правда о собственной жизни, но отвернуться от нее уже не получается.

Я отвела взгляд первой. Не из жалости. Просто сейчас мне нужен был только Костя.

— Мы уезжаем, — сказал он.

Не мне. Всем сразу. Но рука его оставалась в моей, и потому я услышала в этом прежде всего другое: мы. Вместе. Уезжаем.

Арден ничего не ответил. Только чуть склонил голову, будто фиксировал это как факт, от которого не может спасти ни власть, ни замок, ни родовая гордость. Эйдан поднялся с кресла, закрыл книгу и посмотрел на меня очень внимательно.