Книга Развод. Он подарил ей кольцо. Я - ему развод, страница 28 – Анастасия Энковская

Лена вылетела из кабинета почти сразу.

— Верка!

Она обняла меня так крепко, что у меня хрустнула спина.

— Ты похудела, — сказала она, отстранившись. — И выглядишь так, будто можешь убить верстальщика голыми руками. Отлично, нам как раз такой человек нужен.

— Привет, Лена. Я тоже рада тебя видеть.

— Нет времени радоваться. У нас спецвыпуск по городским проектам, редактор заболел, второй ушёл в отпуск и, кажется, не собирается возвращаться, авторы пишут как люди, которым платят за количество боли, а не знаков. Ты нам нужна вчера.

— Я давно не работала в редакции на полный цикл.

— Зато ты умеешь думать, писать и не падать лицом в клавиатуру первые трое суток. Это сейчас редкий набор.

— Второе проверим.

Лена прищурилась.

— Ты точно в порядке?

Я открыла рот. В этот момент из соседнего кабинета вышел мужчина с папкой в руках.

Высокий, широкоплечий, в тёмном свитере, с короткими тёмными волосами и очень спокойным лицом. Не красивый в гладком смысле Кирилла — дорогой костюм, часы, уверенность, полировка. Этот был другой. Собранный. Тихий. Из тех, кто не входит в комнату, чтобы все повернулись, но почему-то всё равно поворачиваются.

— Лена, макет по промышленному блоку опять уехал, — сказал он. — Если сейчас не решить, к вечеру будет пожар.

— Вот, знакомься, — Лена указала на меня. — Наше решение пожара. Вера Соколова. Вера, это Даниил Морозов, шеф-редактор проекта. Он мрачный, но полезный. Даниил, это Вера. Она раньше спасала нам тексты, когда ты ещё, наверное, был хорошим человеком.

— Я им никогда не был, — сказал Даниил.

Голос низкий. Сухой. Без желания понравиться. Я почему-то улыбнулась.

— Тогда у нас есть общая точка для переговоров.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Работали со спецвыпусками?

— Да. До декрета.

— Дедлайны?

— Ненавижу, но соблюдаю.

— Авторы?

— Ненавижу, но не всех.

— Уже лучше, чем у половины рынка.

Лена хлопнула в ладони.

— Всё, любовь случилась, идём работать.

— Лена.

— Что? Я про профессиональную. Хотя в нашей редакции бывало всякое, но сейчас нам важнее макет.

Я почувствовала, как внутри кольнуло слово «любовь». Даже шуткой. Даже чужим голосом. Слишком рано. Слишком глупо. Слишком не вовремя. Я пришла сюда не за мужчиной. Мне бы свою жизнь собрать, дочь удержать, хомяка не забыть покормить и не умереть под семейным правом.

Даниил, кажется, заметил, как у меня изменилось лицо. Но ничего не сказал. Только открыл дверь в переговорную.

— Садитесь. Покажу фронт бедствия.

Фронт действительно был бедствием.

Таблица материалов на экране выглядела так, будто её собирал человек в горячке. Пять авторов, три рекламных блока, интервью с архитектором, который говорил предложениями длиной в электричку, статья о новой набережной, где слово «комфортная среда» встречалось чаще, чем здравый смысл, и дедлайн через четыре дня.

— Оплата? — спросила я.

Лена назвала сумму. Я постаралась не показать, как внутри у меня всё подскочило.

Сумма была нормальная. Не сказочная. Не «сейчас куплю квартиру и адвоката в золотой рамке». Но достаточно, чтобы я впервые за двое суток почувствовала: у меня может быть мой доход. Не «Кирилл дал на дом». Не «мама помогла». Мой.

— Аванс возможен? — спросила я.

Лена посмотрела на меня без шуток.

— Да. Сегодня.

Даниил ничего не спросил. Просто открыл ноутбук.