Книга Развод. Он подарил ей кольцо. Я - ему развод, страница 38 – Анастасия Энковская

Мама подняла чашку.

— За это надо выпить.

— У нас чай, — сказала я.

— После такого чай тоже алкоголь.

Мы стукнулись кружками. Телефон завибрировал. Я посмотрела. Даниил.

«Вера, извините за позднее сообщение. Лена сказала, у вас сложная ситуация. Если завтра нужно работать удалённо — работайте. Проект ваш. Мы подстроимся».

Я перечитала два раза.

Не «вы нас подведёте». Не «личные проблемы не должны мешать». Не «решайте быстрее».

Проект ваш. Мы подстроимся. Мама заглянула через плечо.

— Это кто?

— Даниил. Шеф-редактор.

— Мрачный?

— Ты его не видела, откуда знаешь?

— По сообщению видно. Нормальный мужик, раз не пишет «держитесь».

Я улыбнулась. Ответила:

«Спасибо. Завтра буду. Мне важно работать».

Ответ пришёл быстро:

«Понимаю. Тогда до завтра. И берегите силы».

Я положила телефон экраном вниз. Мама прищурилась.

— А вот это уже интересно.

— Мам.

— Всё, молчу. Ты ещё даже не разведена, а я уже мысленно проверяю нового мужчину на пригодность.

— Он просто коллега.

— Все сначала просто коллеги. Кирилл тоже когда-то был просто перспективным юристом на дне рождения твоей подруги.

— Не сравнивай.

Мама подняла руки.

— Не сравниваю. Просто напоминаю: выбирать теперь будешь медленно. С лупой. И с моей комиссией.

— И с Аллой Борисовной, — добавила адвокат, собирая папку.

— Отлично, — сказала я. — Личная жизнь через тендер.

Впервые за весь день мы засмеялись втроём. Поздно вечером, когда Алла Борисовна ушла, Маша уснула, мама наконец легла, а Семён перестал шуршать, я осталась на кухне одна.

Открыла ноутбук. Резюме уже было не нужно прямо сейчас. Теперь был проект. Работа. Текст, который надо сдать утром. Я открыла файл и начала править.

Через полчаса пришло сообщение от Кирилла.

«Ты думаешь, победила? Это только начало».

Я посмотрела на экран. Потом на подписанные копии документов, которые Алла Борисовна оставила мне. Потом на спящую квартиру. И написала:

«Да. Моё начало».

Отправила. Заблокировала экран. И вернулась к тексту. Потому что завтра у меня был дедлайн. А развод, как выяснилось, не отменял работу, материнство, страх, усталость и жизнь. Он просто наконец отменял Кирилла как центр всего.

Утром Кирилл ударил по работе. Я даже не удивилась.

Наверное, это и было самым обидным: ещё неделю назад я бы сказала, что мой муж, каким бы сложным он ни был, никогда не станет портить мне профессиональную жизнь. Он мог быть холодным. Резким. Уставшим. Несправедливым. Но не мелочным.

Как много красивых слов женщина иногда придумывает, чтобы не называть мужчину тем, кем он уже стал.

Сообщение от Лены пришло в восемь сорок две, когда я стояла в маминой ванной и пыталась нарисовать себе лицо человека, который сегодня способен работать, а не лечь на коврик у раковины и сообщить миру, что взрослость отменяется по техническим причинам.

«Вер, ты только не пугайся. Мне звонил какой-то мужчина, представился твоим мужем. Сказал, что ты сейчас в тяжёлом эмоциональном состоянии, что он переживает, как бы работа не навредила тебе и проекту. Я послала его культурно. Но ты в курсе?»

Я посмотрела на экран.

Потом на своё отражение.

Тушь в правом глазу была нанесена ровно, в левом — так, будто рука уже знала новости раньше меня.

Я набрала Лене:

«Да, в курсе. Это давление. Развод. Он пытается сорвать мне работу».