Книга Красота внутри, страница 46 – Даша Семенкова

И вновь ей не удалось посмотреть на город: по обычаю дебютанток скрывали от любопытных зевак в закрытых каретах, даже в окна выглядывать не разрешалось. На этот раз ехали дольше, кучер не гнал лошадей, чтобы девушек не растрясло в дороге. По пути они болтали без умолку, разве что не подпрыгивали от радостного волнения, и Веронике передалось общее оживление. В эти минуты она вовсе не ощущала себя чужой, шутила и смеялась с остальными.

Конечно же, бал проходил во дворце. Самом настоящем: с огромным парком, фонтанами и статуями, широченной мраморной лестницей перед парадным входом, устланной для торжества темно-вишневой ковровой дорожкой. Поднимаясь по ней, Вероника почувствовала себя принцессой.

«Я настоящая Золушка, ведь через какое-то время мое лицо превратится в тыкву, — подумала она, вслед за Афелисой подходя к золоченным воротам высотой в три своих роста. — Осталось только встретить принца, от которого в полночь буду убегать по этой лестнице. Только туфли не отдам — слишком уж они удобные».

Она прошла сквозь вереницу дверей, по обе стороны каждой из которых стояли лакеи в белых с золотом ливреях, и от волнения толком не огляделась. Лишь успела заметить высоченные потолки, тонкие узорчатые колонны, сияние зеркал, хрусталя и самоцветов в ярком свете множества ламп.

Бальный зал оглушил и ослепил ее. Вероника невольно застыла, забыв, как дышать (правда, виной последнему был все же корсет, но в ту минуту она и этого не замечала). Все было как в мечтах, даже лучше: огромное пространство, заполненное музыкой, гулом голосов и приглушенным смехом, мельканием ярких платьев, черных фраков и блеском драгоценностей, легкими ароматами духов, натертого паркета и свежесрезанных цветов.

Громкий баритон распорядителя балом пронесся по залу, объявляя о прибытии дебютанток, и все расступились, пока девушки проходили мимо, к самому центру, чтобы каждый мог увидеть их.

— Теперь подойди к своим родителям, — раздался голос ангела прямо за спиной. Вероника машинально обернулась, но его не увидела. — Не вертись. Вон они, вместе с твоим женихом, на пятнадцать минут от сиреневой дамы. Твой отец — который высокий, полный и с мохнатыми бакенбардами, а мать рядом с ним, маленькая брюнетка в коричневом платье. И молчи! В смысле, мне не отвечай, меня здесь нет.

Натянув на лицо выражение сдержанной радости и одновременно почтительности, Вероника двинулась знакомиться с новой семьей. От волнения сердце колотилось где-то под горлом, а когда женщина, которую ангел назвал ее матерью, встретилась с ней взглядом и улыбнулась, девушке захотелось развернуться и сбежать.

На ватных ногах она приблизилась, ожидая, что вот-вот ее назовут самозванкой, набросятся с обвинениями и требованиями вернуть их настоящую дочь.

— А вот и наша дорогая Доминика! — воскликнул отец, протягивая руки ей навстречу. — Хороша! Пансион явно пошел тебе на пользу, не правда ли, господа?

Он взял ее за кончики пальцев и окинул довольным взглядом. Мать тихо проговорила, что Доминика просто расцвела и превратилась в очаровательную невесту. Альберт лениво поддакнул, вежливо улыбаясь.

— Буду счастлив повести вас на первый танец, — сказал он, глядя на Веронику небесно-синими глазами. Если бы она не знала правды об их отношениях, то растаяла бы от этого взгляда.