Книга Красота внутри, страница 47 – Даша Семенкова

«Что ж, по крайней мере, у меня будет привлекательный партнер, — подумала она. — Надеюсь, танцует он так же хорошо, как выглядит».

— Глазам своим не верю! Неужели эта прелестная юная леди — малышка Доминика? — раздался за спиной рокочущий бас. — Как я рад вновь тебя увидеть!

Оглянувшись, она увидела надвигавшегося на нее огромного, как медведь, мужчину с роскошной шевелюрой цвета соли с перцем. В его маленьких глубоко посаженных глазах плясали задорные искры, толстые губы широко улыбались, а морщины на лбу и лучики в уголках глаз выдавали весельчака.

— Я тоже, — робко пролепетала Вероника.

— Дядюшка Джорди, — подсказал ангел. — Брат твоего отца, вдовец, его единственный сын, Пабло, служит сейчас в дальнем гарнизоне.

Она едва не возразила, что он вовсе не ее отец, но вовремя прикусила язык. Ее настоящий отец был другим: спортивным, подтянутым, энергичным. От него веяло силой и той уверенностью в себе, которая свойственна только людям, многого добившимся своим трудом и привыкшим командовать.

А господин, стоявший сейчас рядом, выглядел ленивым, вальяжным и немного вялым. Помнится, ангел рассказывал, что дела этого семейства шли неважно, вынудив их буквально продать собственную наследницу. Глядя на отца Доминики, в это нетрудно было поверить.

— Я тоже рада нашей встрече, дядюшка Джорди, — опомнившись, договорила она. — Как поживает кузен Пабло?

«Теперь понятно, в кого у Доминики склонность к полноте. Родной дядя толстый, как бочонок, да и отцу не мешало бы похудеть, — думала она, пока новоявленные родственники обсуждали ситуацию на границе, возле которой расположился полк того самого Пабло. — Мама у нее маленькая и даже хрупкая, и они совсем не похожи. Разве что рост взяла от нее. И волосы. И карие глаза...»

— Надеюсь, вы не увезете нашу малышку из столицы немедленно после свадьбы? — спросила Альберта мать Доминики. — Мы так по ней соскучились за то время, пока она жила в пансионе!

— Что вы, могу ли я разлучить вас так скоро! К тому же Доминика должна провести здесь свой первый сезон ведь несмотря на бесспорное очарование тех мест, Мевинг и окрестности не назовешь средоточием светской жизни.

— Согласен, молодежи там может быстро наскучить, — рассмеялся дядюшка Джорди. — Но мы вас отвлекли своей болтовней, глядите-ка, вот-вот начнется первый танец!

— Вы позволите? — улыбнулся Альберт, взял Веронику под руку и повел в центр зала, где нарядные пары занимали свои места.

Вечер начинал самый торжественный из танцев, чем-то похожий на полонез: никаких сложных па или энергичных движений. Участвовали только дебютантки, и повести девушку мог либо ее жених, либо высокопоставленный друг или родственник — это считалось для него большой честью.

Все это ангел шептал Веронике на ухо, пока не заиграла музыка, и первая пара, Афелиса с невысоким, сухощавым господином средних лет, не повела за собой вереницу танцоров. Бал начался.

Зря Вероника опасалась, что растеряется и запутается: бал, в отличие от обычной вечеринки, проходил по строгому регламенту. Скучать гостям не позволяли. Танцы, расписанные с точностью до минуты, шли один за другим, а перерывов хватало только на короткую светскую беседу с очередными знакомыми Доминики или ее семьи, так что собеседники не успевали друг другу надоесть.